Главная » Статьи » Ч » Черных И.Е.

Разорение Албазина (1685—1689 гг.) По китайским источникам

Смелый, предприимчивый дух Русских людей, жаждавших завоеваний, и скораго, легкаго обогащения в Сибири, манил охотников за пределы тогдашней России. Увлекаемые слухами о славном Амуре, - пустились они в этот край; достигнув его по Алдану и Олекме, они как и в Сибири стали бродить из места в место, с целию покорения туземцов, основали на левом берегу Амура селение, под названием Албазин, и укрепились в нем. Занимаясь хлебопашеством и звероловством, эти смельчаки, как видно, нечужды были приобретения гораздо легчайшаго, употребляя силу, что и делало соседство их неприятным Китайскому Правительству.
В одной Китайской биографии говорится, что "в осьмой луне 21 лета правления Кан-си (1682 г.), сановник Ландань, отправляясь под предлогом ловли изюбрей в кочевья Дахуров и Солонов, имел поручение осмотреть и вникнуть в состояние Русских в Албазине. Государь Шенцзу (Кан-си) лично сделал Ланданю наставление: "Лоча, (русские,) проникнув в Амурския места, произвели нашим звероловам разнаго рода обиды и даже смертоубийства; по этим причинам я посылал для истребления их отряд войска, который возвратился без должнаго успеха; теперь уже прошло назад тому много лет, и как слышно, пришельцы эти постепенно размножившись и проникнув в места Немань и Хенвунь снова производят грабежи и убийства в кочевьях звероловных Хэчже и Фяка, обитающих близь устьев Амура. Ты с товарищами своими должен отправиться теперь туда, и кроме посылаемых с тобою из Столицы Чжангинов Телохранителей и Гвардейцев, должен взять из Корцинскаго ведомства сотню воинов и пятерых таицзиев, а из Узиринь- ула Нингутскаго Мэйрень-чжангина с 80 воинами. По приезде в Дахурския и Солонския кочевья, вы должны прежде всего послать человека с известием в Нибчу (Нерчинск) что вы приехали для облавы изюбрей, а потом, сухим путем отправясь по направлению в Сахалянь-ула (городу) и производя на пути облаву, должны проникнуть под этим предлогом к самому Городу Якса (Албазину) и [7] со всею акуратностию осмотреть жилища тамошних Лоча, их действия и все способы. Я уверен что они отнюдь не посмеют причинить вам обид. Если они поднесут вам съестные припасы, то вы должны принять оные и взаимно отдарить их: но если сверх чаяния они нанесут вам обиды, безпокойства, то вы отнюдь не должны убивать и наказывать их силою оружия, но должны немедленно собрать отряд своей свиты и в должном порядке отступить и выдти из сего места: ибо я имею для этого свой план. Возвращаясь оттуда, вы должны сесть на лодки и сплыть по течению Амура до местечка Эсури, сделав надлежащия замечания водяному пути на этом пространстве. По приезде в местечко Эсури вы должны избрать несколько человек из находящихся при вас чжангинов и телохранителей и послать их вместе с Мэйрень чжангином Сабсу к городу Нингута, осмотреть прямые пути и сообщение к сему городу." Окончив это наставление Его Величество изволил снять с плечь своих песцовый кафтан и курму и наградил ими Ланданя, пожаловав ему еще в тоже время лук с стрелами.
"Сообразив на месте возможности взять город Якса (Албазин) и средства к уничтожению безпокойных Лоча, Ландань в 11 луне представил доклад такого содержания "пустившись облавою с Дахурскихь и Мэргенских границ прямо по направлению к городу Якса, в шестнадцатый день нашего странствования по сим местам, мы достигли этого города, населеннаго пришельцами Лоча. На пути от Дахурских и Мергенских границ к сему городу хотя и нет трудных
гор, но места эти заросли густым лесом и непроходимыми рощами; во многих местах видны льды, а в других глубокие пески. - Таково почти все пространство от хребта Синь-инь до самого города Якса. По соображению нашему проезд по этим местам с большими тяжестями представляется невозможным, особенно в то зимнее время, когда падают здесь снеги; а летом могут затруднить провоз оных дождевыя воды, образующия непроходимыя грязи и болота; для поспешности конечно могут пробираться по этим местам только с легкими вьюками, но все тяжелые запасы вовсе немогут быть провезены туда этим путем. В обратный путь из Якса мы сплыли по течению реки Сахалянь-ула (по Амуру), и в пятнадцатый день плавания приплыли к городу Энху. Мы нашли, что от города Энху до города Якса могут проходить суда вперед и обратно, не встречая ни каких препятствий и затруднении. Впередь могут быть протянуты суда бичевою, ибо оба берега представляются для сего совершенно удобными. От города Энху до того места, где соединяется река Сахалянь-ула с рекою Сунгари-ула, требуется для верховой езды около полу месяца; от места соединения этих двух рек к городу Якса на верховых Лошадях можно доехать в продолжение одного месяца, а суда вверх по реке могут дойти не ранее трех месяцев. Путь сей в сравнении с первым гораздо продолжитетельнее, но за то на судах удобно могут «быть довезены до города Якса все военные запасы, провиант и тяжелыя орудия. В прежнее время когда Лоча поселились в местечке Учжала, основав там деревянный городок (укрепление), посланный для [8] познания их Нингутский Мэйрень-Чжангин Хансэ, не имея осадных орудий, сражался там с ними без всякаго успеха. Тоже без успеха возвратился и Дивизионный Начальник Мингадари, посланный осадить и взять городок, основанный в последствии пришельцами Лоча при устье реке Хумар. С этого времени пришельцы Лоча начали считать дсревянныя укрепления своих городков чрезвычайно важными оплотами, вполне обезпечивающими их безопасность". В заключение Ландань присовокупил, что при нынешней осаде города Якса и других необходимо употребить осадныя пушки, ибо без них разорение и взятие городов сих было-бы также безуепешно; а за тем он указал на способ доставления к устью реки Узиринь-ула двадцати орудий из хранившихся в области Фэн-Тянь-Фу (Мукдене).
"Вскоре после этого доклада Его Величество дал указ следующаго содержания: Ландань с товарищами доносит нам, что очень легко разбить и взять Лоча, и что не потребуется для этого более трех тысячь воинов. Конечно и я согласен с Ланданем, что не представляется ни каких трудностей к разбитию сих пришельцев; но всегда удерживаюсь от решительных военных действий, ибо война сама по себе не есть дело доброе. Почему, приостановив пока решительное сражение и взятие сих пришельцов, повелеваю: предварительно назначить из Узиринь-ула и Нингута 1,500 воинов, вновь устроить и приготовить суда, осадныя пушки, ружья и искусных людей могущих научить владеть сими орудиями. Все это должно собраться и сосретоточиться в двух местах: Сахалянь-ула и Хумар. Там они устроив деревянныя крепостцы одну против другой, будут содержать наблюдательный пост. Провиант нужный для продовольствия сих воинов, может быть доставлен из десяти Корциньских хошунов из кочевьев Сибэ и из казенных поселений провинции Узиринь-ула; без затруднения можно достать в сих местах хлеба до 12-т. мешков, каковое количество будет достаточно на трехгодичное продовольствие. Ландань доносит еще, что город Сахалян отстоит от Солонскаго поселения (Хулунь-бэер, иначе Хумар) весьма не на дальнее разстояние, т. е. на пятидневном пути. В промежутке сего разстояния повелеваю учредить одну станцию. Если случится нашим воинам идти вверх по реке Цзинцзира (вытекает из Яблоноваго хребта и впадает с северной стороны в Амур, близь города Сахалян), тогда из Солонскаго селения могут выгнать им на встречу коров и баранов и тем доставить большую пользу, обезпечив пропитание наших воинов. Это движение будет необходимо и потому, что Лоча (русские) лишатся тогда средств захватывать наших дезертиров, а напротив их дезертиры всегда будут оставаться в руках наших, и следовательно сами но себе уже должны будут уничтожиться".
" В 7 луне 22 лета (1684 г.) Его Величество изволил повелеть сановнику Ланданю: "Данным прежде указом нашим мы повелели в противоположной стороне от города Якса сложить укрепление (стену), а в местечке Эсури выстроить деревянную крепостцу, в которой бы могло поместиться приличное число войска, для наблюдательнаго поста в тамошних местах, и вместе для рас[9]пашки и засева там хлеба; обо всем этом, равно и о способах военнаго продовольствия, ты должен, лично отправившись на почтовых подводах в Нингута, посоветоваться с тамошними чиновниками, и по точном соображении всех обстоятельств, подробно донести нам о всем предположении." Вследствие сего указа Ландань отправился в Нингута, и по личном совещании с тамошним Узянцзюнем и прочими чиновниками, представил подробный проэкт по сим пунктам.
Между тем русские обитатели Амура несколько лет не предпринимали ничего важнаго против Китайских владений; а в 1685г. они сделали несколько нападений на Орочойские и Солинские пределы и на пределы поколений Фяка и Хэчжэ, (обитающих при устье Амура), производя там грабежи и разбои. Вследствие чего Его Величество нарочно данным приказом облек сановника Ландань в звание Начальствующаго войсками (Мэйрень-чжангина), и дав ему в сотоварищи Флигель Адютанта Гуанбао, Мэйрень-чжангина Баньдаржа, Гуна 1 степени Пончонь и Нннгутскаго Мэйрень-чжангина Сабсу, повелел ему двинуться с войсками и начать военныя действия. Указ данный по сему случаю заключался в следующих словах: "По прибытии Ланьданева отряда к городу Якса, если Лоча с покорностию выйдут к нему навстречу, или покорятся после даннаго сражения, тогда Ландань отнюдь не должен наказывать и убивать их, но должен в тоже время распорядиться послать к ним вразумление, основанное на благосклонности милости нашей. Вразумительныя к ним слова должны заключаться в следующем: Хуанди есть повелитель всех Царств и всех народов, есть Государь сострадательный и человеколюбивый. За учиненныя в нынешний год вами ошибки и безпокойства, он не хотел и не хочет наказывать вас смертию, - эта мера строгости противна его чувствительному сердцу. Теперь от вас требуется только, чтобы вы, благоговея и помня сострадательное человеколюбие нашего Хуанди вам оказанное, более уже не причиняли как было прежде безпокойства нашим пределам."
"В 20 число 5 луны войска прибыли в Хангомо, и согласно воле Его Величества распорядились послать в город Якса внушить Старшине Эркэши данныя выше наставления. В 22 число войска придвинулись к городу Якса, и в тот же день начальники отряда, призвав старшину сего города, обявили ему, что Государь Хуанди любит щадить и оставляет жизнь провинившимся, и что наказание смертию противно его чувствительному сердцу. Наставления сии не произвели однакож ожидаемых последствий; но напротив пришельцы Лоча, надеясь на свою силу, обнаружили непокорность и наговорили много нескромных слов. Это побудило Ланданя с товарищами немедленно осмотреть все укрепления их города и обозрев окрестное местоположение возвратиться в свой лагерь. 24 числа рано по утру воины увидели более сорока человек Лоча плывших но течению Амура на бревенчатом плоте, с намерением пробраться в город; но Гвардейский баталионный Начальник Ялантай с товарищами, посланный им на встречу с предложением добровольно сдаться, увидев их непокорность и даже попытки к сражению, вскочил [10] на их плот и зарубил из них более тридцати человек, остальных же в числе 15 человек состоящих из детей и жен, он взял в плен, притянув вместе с ними и самый плот их. В вечеру тогоже дня Ландань, Гуанбао и Баньдаржа распорядились послать Мэйрень-чжангина Яцинь и Галай-Да Хубана с двумя отдельными отрядами занять позицию на южной стороне города, с тем, чтоб они разставив щиты и делая там насыпной вал, показывали вид, что они намерены взять город приступом; а Мэйрень-чжангину Уньдои и чиновникам: Фа-хана и Лючжао-ци было приказано взять осадныя пушки и подойдя незаметным образом к северной стене города произвести пальбу; чиновникам Бонецию, Ума и Ха-ю было приказано взять другия пушки и открыть пальбу с праваго и леваго фланга расположенной осады; Мэйрень-чжангину Яцина и Начальнику Дахурскаго наблюдательнаго отряда Бэкэ было приказано сесть на военныя суда стоявшия в юговосточной стороне от города и быть готовыми сразиться с неприятелем на воде. Таким образом был расположен осадный приступ, и сражение продолжавшееся почти целыя сутки, осталось без успеха. Ландань, увидя невозможность взять город приступом, приказал навалить сухаго лесу к стенам города и поджечь его со всех сторон. Старшины пришельцев Лоча увидя сии приготовления, пришли в большое замешательство и поспешили предложить свою покорность. Ландань, Гуанбао и Баньдаржа основываясь на повелении своего Государя, данном им в день отправки в сию экспедицию, и согласуясь с сострадательным сердцем попечительнаго своего Монарха, покоряющаго только одною добродетелью иностранныя Государства и народы, положили общим голосом немедленно принять и приняли добровольную покорность пришельцев Лоча, из числа которых шестьсот слишком человек изявили желание возвратиться восвояси. Ландань с товарищами согласившись на их просьбу, приказал выдать им все вещи составляющия их домашнюю утварь, и отпуская их сделал им такое наставление: "наш великий Государь смотрит на вселенную как на единое семейство, и на всех народов оную населяющих, как на малолетних детей своих; он как Государь сердобольный не хочет истреблять и наказывать вас смертию, но даруя вам пощаду дарует и свободу; долг благодарности требует от вас не затевать более неприязненных покушении." Лоча Эркэши с товарищами отвечали на слова сии низкими поклонами, и были по приказанию Ланданя выпровождены посланным под командою Мэйрень-чжангиней Баньдаржа и Уньдой отрядом за реку Эргунэ (Аргунь), Отряд сей возвратившись оттуда привел обратно из среды сопровождаемых им Лоча некоего Василья, с сорока пятью другими его товарищами, с их детыми и женами, которые из благодарности к милостивому с ними поступку не захотели возвратиться в свою землю, а признали за лучшее остаться под кровом сердобольнаго Государя. Ландань с товарищами принял их, и как экспедиция его была уже приведена к концу, то он и сделал следующия распоряжения: 1) Солонов и Барху обоего пола в числе 160 душ бывших в плену у лоча, приказал возвратить в их кочевья; 2) город, селы и все становища при-[11]шельцев Лоча приказал сжечь, а поля и нивы их засеянныя хлебом приказал скосить и вырвать.
"В 6 луне Ландань с товарищами донес Хуанди об успех своей экспедиции. Вследствие сего доклада Великий Шенцзу (Кан-си) дал на имя Канцлера Лендэхунь, сановников: Марту и Тука указ следующаго содержания: "Русские много лет производили разнаго рода обиды Орочанамь, Солонам, Хэчже и Фяка; увозили оттуда людей, грабили их имущества и, можно сказать, постоянно наносили им вред величайший. Все это мне было известно, но я, имея врожденное отвращение к войне, не предпринимал и не посылал до настоящаго времени для усмирения их победоносной армии. Я думал было усмирить их чрез внушение прав и справедливости, многократно объявленной им чрез нарочно посланных сановников, но Русские, в надежде на отдаленность своей страны, не только не переставали сопротивляться нашим настояниям и нашим требованиям, но напротив время от времени делались более необузданными и более жестокосердыми, причиняя возможный вред нашим людям, обитающим в приграничных с ними местах. Все это наконец вынудило меня послать армию прямо к городу Якса. Ландань с товарищами предводительствуя победоносными войсками нашими, стеснил и принудил неприятеля покориться силе оружия, причинившаго величайший страх в их таборе. И так армия наша поспешно открыв военныя действия, уничтожила владычество Русских, более сорока лет укреплявшихся на этом месте." В заключение, после похвалы победоносной армии, этим указом предписывалось:   составить в общем собрании
Канцлера Лэндэхунь, сановников: Марту, Тука, Ландань и Гуанбао, вместе с князьями Верховнаго Совета, проект: в каких именно местах нужно учредить постоянные редуты, необходимые для обуздания дальнейших неприязненных покушении.
Для чего, казалось бы предпринимать такую меру предосторожности, когда все неприятели не только вытеснены из своих жилищ, но даже выпровождены за пределы Империи и самый город их истреблен? Но увидим далее, что Русские далеко были не таковы, какими показались Китайцам, и уступая необходимости, по неимению воинских запасов изъявили свою покорность, чтобы впоследствии с новыми силами и лучшими средствами укрепить в Русском владении занимаемыя места по Амуру.
[7]* "В следующем (1686) году, говорит та же биография, "гражданский чиновник Палаты Внешних сношений Лампи, схватил одного из Лоча по имени Оисконко и узнал от него, что пришельцы Лоча снова начали строить на месте, прежняго города Якса земляной вал, устроивать укрепление и обзаводиться по прежнему хлебопашеством. Его Величество Государь Шенцзу, получив об этом донесение, приказал в 5 число 4 луны Ланданю, Бандаржа и Гуамбао с товарищами снова двинуться с армией, и отпуская их, в осо-[8]бой аудиэнции сделал Лаяданю такое наставление: "ты с товарищами отправляясь в нынешний раз с армией против Лоча, в действиях своих должен иметь сугубую осторожность; по прибытии на место, ты должен поступить с ними согласно прежним наставлениям нашим, т. е. сначала прибегнуть к средствам увещательным, вразумив их что вы, Лоча, суть люди внешняго (другаго) Государства; ослепившись корыстию, с опасностию жизни заходите в наши пределы и производите безпокойства нашим подданным; что ты послан теперь против них с большою армией, и что вы, Лоча, должы скорее сдаться и покориться нашему оружию, в противном случае ни одного из вас не останется в живых. По взятии города Якса ты должен не останавливаясь идти в перед к городу Нибча (Нерчинск), и по окончании там всех дел, возвратиться в город Якса и здесь провести зиму; город сей не разрушать, и засеянный на нивах хлеб не истреблять, но сождать пока оный созреет, и снять его в нашу пользу."
"В 3-е число 3 луны войска прибыли в Сахалянь-ула (Айгунь), а в 14-е число достигли урочища Мэньди-энь (близь Албазина). Здесь Ландань по общему совещанию с своими товарищами, разделив армию на два отряда, один из них послал водою, а другой сухим путем к городу Якса. В этот же день схвачено на пути четыре человека из Лоча, подосланных сюда, для разведывания. В 28 число сухопутный и речной отряды в одно время подошли к городу Якса, и расположившись лагерем в Сосновой роще, сделали пришельцам Лоча предложение согласное с Высочайше данным наставлением."
Но не в таком духе были русские чтобы покориться добровольно. "Отвергнув сделанное им предложение, они не захотели ждать нападений, и сами сделав вылазку, произвели из загороднаго канала ружейную и пушечную пальбу на передовые отряды китайских воинов. Главнокомандующий Ландань, тотчас сам прискакав сюда с отрядом Гвардейскаго Чжанали-чжангинь Машицзи, приказал палить из пушек, и тем принудил Лоча возвратиться в их укрепление. В 1-е число 6-й луны Ландань двинулся с отрядом своей армии на западный берег реки (Амура), а в 4-е число ночью он, с войском приступив к городу с северной стороны, открыл там пушечную пальбу, а Мэйрень-чжангину Баньдаржа приказал осаждать город с южной стороны.
Русские предупредили нападение и вышли сами на встречу к неприятелю, и после жаркой схватки были опрокинуты отрядом Мэйрень-чжангина Баньдаржа, и преследуемы до самых стен их города. - Здесь во всю ночь до разсвета продолжалась пальба без умолку; но, продолжает биография, "по причине крайне прочнаго укрепления, Китайския войска не могли разбить и взять город. В ночи 6 числа были посланы чиновники Индахурь и Шугэ с отрядом воинов осмотреть и разведать приготовления русских. Отряд сей встретился с потаенным их отрядом и вступив с ним в жаркую битву, успел однакож опрокинуть русских. Ночью 8-го числа Ландань с пятью отрядами [9] дошел к земляному валу на южной стороне города устроенному; здесь он, Сразившись с потаенным войском албазинцев, завладел и укрепился на валу, и разместил в необходимых местах сторожевые отряды. В ночи 9 числа Ландань с отрядом воинов занял ближайший к городу берег Амура и распорядился постройкою тут бастиона; между тем русские, защищая свои позиции, открыли с городской стены ружейную и пушечную пальбу; но работа под прикрытием отряда, всю ночь неусыпно отражавшаго ядрами и стрелами удары их, к утру была окончена, и Ландань, разместив в трех пунктах сторожевые отряды, возвратился в лагерь. В 10-е число русские пользуясь большим туманом подступили к земляному валу с намерением завладеть оным; но сторожевые отряды дружно напав на них, успели сбить и опрокинуть эту вылазку. 12 числа снова поднялся туман и снова русские сделали вылазку, но также безуспешно. Между тем Ландань, обратясь к предстоящим Амбаням, предложил им, что необходимо прервать водяное сообщение русских, ибо без этого, говорил он, мы еще надолго не в состоянии будем обезоружить и усмирить безпокойных Лоча; получив на это согласие Амбаней-сотоварищей своих, Ландань с отрядом Мэнрень-чжангина Баньдаржа отправился прямо к городу с тем, чтобы прорыве там длинный ров, и делав земляные бастионы, атаковать неприятельския укрепления; но русские увидя себя стесненными и опасаясь вместе с тем лишиться водянаго сообщения, открыли жаркое сражение, продолжавшееся безпрерывно четыре дня и четыре ночи, в котором они понесли важную потерю в лице убитаго старшины Эркэши (Толбузина); а Китайцы успели вырыть ров, устроить земляные бастионы и стать тут твердою ногою. В 8-е число 7 луны русские сделали еще вылазку, но уже последнюю, с Намерением завладеть батареей устроенной на северной стороне города; но были отражены здешним сторожевым отрядом, который как видно, еще впервые захватил в плен двух человек. Понеся в эти дни значительную потерю в людях, русские более уже не выходили из своего укрепления и не вступали в сражение. Ландань собрав сухопутные и речные отряды своей армии окружил город, и проведя к окончанию устройство высоких гатей начатых на южной и северной сторонах города, сделал уже приготовления к приступу на русское укрепление; но вдруг получил Высочайшее повеление немедленно отступить, потому что в это время получено от Российскаго Двора известие об отправлении в Китай посланника для переговоров."
Таким образом горсть русских людей отражала многочисленнейшую сравнительно армию; они бились не жалея ни трудов ни жизни и, подражая подвигам славнаго завоевателя Сибири, надеясь разширить границы родной земли, бились на смерть, и остались непокоренными, не смотря на то, что их осталось менее трех десятков, и то страдавших от голода и болезней!
"В 11 число 11 луны старшина пришлецов Лоча по имени Бэй-дунь (Бейтон) прислал человека в лагерь просить сестных припасов; Ландань, отпустив припасы, послал для доставления их чиновника И-[10]фань, которому поручил вникнуть в положение Лоча и узнать не притворная ли это просьба? Но чиновник этот возвратясь донес, что Бэй-дунь одержим жестокою болезнию, что в укреплении осталось всего двадцать с небольшим человек, и что все они также страдают болезнями.
"В 21 число 7 луны 26 лета (1687 г) Ланданем получен Высочайший указ, чтобы войска, дотоле стоявшия лагерем в Сосновой роще, расположились пока квартирою в городе Нингута, впредь до приезда Русскаго уполномоченнаго, имеющаго прибыть сюда. В 4 луне 27 лета (1688 г.) Ландань и Баньдаржа вследствие Высочайшаго указа отправились из Сахалянь-ула к городу Якса для обозрения, и пройдя в 23 число 6 луны местечко Сосновую рощу поспешно прибыли с двух тысячным отрядом к назначенному месту, расположились та бором, поспешили обозреть город, и нашли, что все места в стенах города, которыя были разрушены во время осады, остаются в том же виде непоправленными. За тем Ландань осмотрел окрестности Албазина, ездил к р. Эргунэ (Аргунь) и нашел, что здешния нивы, заведенныя пришельцами Лоча не были засеяны, и что в хижинах их не оказалось ни одного человека; после чего он возвратился к Албазину и расположась лагерем у стен его, потребовал старшину пришельцев Лоча Омсэфария, сделал ему выговор за самовольный, воспрещенный посев в окрестностях Албазина более тысячи десятин хлеба, который при этом Ландань приказал воинам вырвать и сбросать в реку; сделав это, он отступил с отрядом.
"В 3 луне 28 лета (1689 г.) гражданский чиновник И-дао донес, что от Российскаго Двора назначен посланником Федор Алексеевичь Головин, и что он нынешнею же весною приедет в Нибчу (Нерчинск). Вследствие сего донесения Его Величество назначил Хэбэй-Амбана Сангото, Дивизионнаго Шефа Накчу, чиновников: Тун-гоган, Арнай и Маци, чтобы они вместе с сановниками Ландань, Баньдаржа, Маку и Сабсу определили на месте пограничныя межи; отряду воинов Сонгото, Тун-го ган и Маци велено идти сухим путем, а Ланданю двинуться с отрядом чиновников Баньдаржа и Сабсу водою по р. Сахалянь-ула (Амуру); причем Ланданю пожалованы разные дорогие подарки. Отпуская их Его Величество сделал наставление: "в случае необходимости вы можете подкрепить свои настояния оружием, разумеется, пользуясь удобным для сего случаем. В 9 число 5 луны посольство это прибыло к Сахалян ула, и приготовив здесь сто судов, нагрузило оныя пушками и прочими военными снарядами, отправило 24 числа к предстоящему месту, а верховых лошадей поручено чиновнику Усэ доставить к Нерчинску прямым путем чрез местечко Нуминь. В 18 число 5 луны посольство последовало чрез город Якса, а в 10-е число 6 луны прибыло к городу Нибча (Нерчинск), и соединив здесь все свои отряды расположились лагерем по правому берегу реки. - В 16 число прибыл Русский посланник Федор Алексеевичь Головин, и после взаимных приветствий чрез наррчно посылаемых чиновников, условились о времени и месте для предположеннаго конгреса. В 8 число 7 луны уполномоченные имели первое свидание и условились трактовать о границе; [11] местом конгреса избрана долина на разстоянии пяти ли (2 версты) от Китайскаго лагеря и на таком же разтоянии от города Нерчинска; здесь были разбиты палатки.
"В назначенный день открылся конгрес. Китайские Сановники объявили Русскому посланнику, что река Лена издревле была пограничною межою обоих Государств, и что они находят приличным положить оную за межу при нынешнем разграничении; но Русский посланник на это не согласился. На другой день опять был конгрес, и снова не сошлись в переговорах. На третий день Ландань , заметив тоже несогласие, напомнил о секретном повелении своего Государя Шенцзу: в случае надобности подкрепить права свои на конгрессе, оружием. "Теперь представляется к тому необходимость для успешнаго и выгоднаго окончания конгресса," сказал он "а потому в нынешнюю ночь я с воинами 8 знаменнаго ведомства и с Нингутским отборным отрядом скрытно переплавлюсь чрез реку и скроюсь в роще близь города; в случае несогласия на конгресс и в завтрешний день, я сделаю движение войск, и тем мы достигнем желаемаго окончания." Сказав это Ландань в туже ночь переправился с войском чрез реку и скрылся в близьлежащей роще. На завтра конгресс в виду сделаннаго Ланданем движения войск по опушке леса, определил границы обоих государств, последствием чего и был трактат, до ныне существующий.
"В силу этого трактата, Российским посланником тогда же предписано русским обитателям Албазина, переселиться и оставить этот город. В 7 число 8 луны Ландань обявил им об этом и распорядился разрушить все укрепления города, его предмстья и все жилища русских. Работа продолжалась три дня, по окончании которой даны всем им лодки, хлеб и деньги и они напутствованы во время возвращению.
"В 21 число 5 луны 29 лета (1690 г.) Ландань по Высочайшему повелению вместе с Мэйрень-чжангином Чжосань, прибыв к реке Эргунь (Аргунь), поставил при устье ея пограничный камень, с вырезанными буквами на пяти языках: Манчьжурском, Китайском, Монгольском, Русском и Латинском."
И так, одни из Русских удальцов положили жизнь свою на приобретение и тщетное защищение Албазина, а другим, может быть не столь искусным в военном деле, выпал другой, более важный жребий: после перваго Албазинскаго сражения в 1685 году, возвратившись с предпринятаго пути в Россию, и поступив добровольно в подданство Китайской Империи, они первые занесли внутрь Китая семена Православной веры Христовой, конечно небезплодныя для языков неозаренных светом Евангельскаго учения; потомство их, верное учению своих предков, размножившись в продолжение слишком ста семидесяти лет, имеет жительство в Пекине, и назидается в вере постоянно пребывающею там Российскою Миссией.

Примечания:

* С этого места пагинация страниц относится к 19 номеру «Иркутских губернских ведомостей»

Воспроизводится по:

Иркутские губернские ведомости. Часть неофициальная. 1857. № 18. С. 6—11, №19. С. 7—11.

Стиль, пунктуация и орфография сохранены, буквы старого русского алфавита заменены современными.  

Сетевая версия – В. Трухин, 2016

Категория: Черных И.Е. | Добавил: ostrog (26.09.2016)
Просмотров: 187 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]