Главная » Статьи » Ч » Черкасов А.Н.

Работа албазинской археологической экспедиции. Перспективы Российско-Китайского сотрудничества

Албазинская археологическая экспедиция была создана Фондом «Петропавловск» и Центром по сохранению историко-культурного наследия Амурской области в 2011 году. Она исследует Албазинский острог, в китайской традиции известный как Якса, и продолжает работы, проводившиеся предыдущими исследователями в 1970 – 2000-е годы. Экспедиция является комплексной и ставит перед собой задачу привлечения различных специалистов – археологов, историков, антропологов, а также применения широкого спектра современных технологий – дендрохронологии, геофизических технологий, споро-пыльцевого анализа, рентгеноспектрального анализа. Албазинская экспедиция сотрудничает со многими образовательными и научными учреждениями как непосредственно Амурской области, так и всей России: БГПУ, АмГУ, Амурским областным краеведческим музеем имени Г.С. Новикова-Даурского, Курским государственным университетом, Институтом археологии РАН, Сибирским отделением РАН, ГИМ, РГАДА. В экспедиции работают специалисты из Благовещенска, Хабаровска, Новосибирска, Курска, Москвы.
В полевых исследованиях Албазинская экспедиция реализует несколько направлений, прежде всего, исследуется сам Албазинский острог. Помимо этого проводятся активные археологические разведки с целью поиска и изучения посада вокруг Албазинского острога, поиска остатков православного Спасского монастыря, а также изучение археологического наследия более древних эпох. В ходе археологических разведок нами обнаружены четыре поселения с материалами неолита, палеометалла и средневековья. На одном из них были начаты археологические раскопки – на Ульдугичи-1, слой которого содержал находки осиноозерской археологической культуры эпохи неолита, палеометалла, троицкой группы Мохэ эпохи средневековья. На поселении были вскрыты землянка, относящаяся к троицкой группе Мохэ, и жилище с каном, идентификация которого еще не завершена1.
Таким образом, перед экспедицией стоят достаточно серьезные задачи, выполнение которых требует широкого кругозора и обращения к разнообразным специалистам.
При изучении Албазинского острога – Яксы и проведения археологических разведок мы все чаще сталкиваемся с находками, имеющими маньчжурское и, говоря шире, китайское происхождение, – фрагменты фарфоровой и селадоновой посуды, китайские монеты, металлические изделия. Любопытно, что в 2013 году нами даже был обнаружен фрагмент корейской селадоновой посуды.
Очевидно, что эти находки отражают имеющиеся здесь во второй половине XVII века торговые и бытовые отношения между Китаем, на тот момент Цинской империей, и русским Албазинским острогом. Сде-[41]лано достаточно много находок, относящихся к военному противостоянию русских и маньчжурских войск в 1685 – 1689 гг., – стрелы, ядра. Свидетельством тех событий являются сохранившиеся оборонительные укрепления Цинской армии.
Исследователями уже ранее отмечалась необходимость изучения остатков лагеря маньчжурских войск для получения наиболее полной картины событий той эпохи. Сотрудникам Албазинской экспедиции эта задача представляется все более насущной и актуальной. При этом ясно, что важно найти и изучить следы присутствия маньчжурских войск не только на левом берегу Амура, но и на правом – на территории современного Китая. Очевидно, что выполнить эту задачу без помощи китайских коллег невозможно.
Это касается не только полевых исследований, но и работы с архивными источниками. Все документальные свидетельства об истории Албазинского острога с русской стороны давно известны и опубликованы. Но можно надеяться, что в китайских архивах еще имеются неизвестные (или неизвестные только нам – русским историкам) документы, касающиеся истории Албазинского острога – Яксы. Этим объясняется наше стремление к сотрудничеству с китайскими историками.
Россию и Китай объединяют сотни лет сотрудничества и взаимодействия – торговые отношения, дипломатические, культурные. Но были в нашей истории и эпизоды военных столкновений, Албазинский острог – Якса – как раз такой случай. Следует полагать, что совместные российско-китайские работы в этой области позволят перевернуть эту мрачную страницу в истории наших государств.
Совместные работы позволят узнать и согласовать мнения российских и китайских коллег на события той эпохи, найти общие точки соприкосновения, разрешить спорные моменты. Надо отметить, что российские историки знакомы только с точкой зрения российской стороны, располагают документами, находящимися в российских архивах. Точка зрения другой стороны, видение ситуации китайскими коллегами нам неясны. Однобокость же не является подспорьем для формирования объективной оценки, объективность должна быть обязательна для определения научной истины.
Другое направление для совместной работы российских и китайских коллег связано с изучением многослойного памятника Ульдугичи-I.
Уже сейчас понятно, что это самый западный памятник неолитической осиноозерской культуры2 и самый северный памятник троицкой группы Мохэ. Изучение неолитического и средневекового слоев поселения показывает необходимость обращения к материалам раскопок в Китае – в Маньчжурии. Возможно, что формирование и существование осиноозерской археологической культуры связано с археологическими культурами Маньчжурии. Осиноозерская культура – это некая периферия развитой земледельческой цивилизации эпохи неолита, центр которой находился в бассейне реки Сунгари. Для проверки этой гипотезы необходимо более плотное изучение археологического наследия Маньчжурии. В частности, в 2013 году на поселении была обнаружена интересная находка – каменное шлифованное навершие, которое, предположительно, являлось символом власти местного вождя. Аналогий этой находки на территории России нам пока не удалось найти, и, возможно, обращение к китайским материалам позволит решить проблему идентификации этого артефакта.
Еще одно направление – изучение археологической культуры народа Мохэ. Ульдугичи-1 на данный момент является самым северным открытым памятником троицкой группы Мохэ. Его изучение позволяет уточнить этапы и пути миграций Мохэ, генезис которого также непосредственно связан с территорией Маньчжурии.
Таким образом, на данный момент существует серьезная необходимость в совместной работе российских и китайских археологов по изучению амурского исторического и археологического наследия. Совместные археологические работы, исследования в архивах, выпуск научных публикаций будут способствовать не только развитию археологической науки, но и укреплению дружественных отношений российского и китайского государств.
Поэтому обращаюсь к китайским коллегам с предложением о помощи и сотрудничестве.

Примечания:

1 Черкасов А., Беляков А., Вальчак С., Чхаидзе В., Волков Д. Археологические исследования в Албазине: от амурского неолита до русского средневековья // Родина. 2012. № 12. С. 40-42.
2 Коваленко С.В. Картография осиноозерской археологической культуры Западного Приамурья // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий. Новосибирск. 2013. Т. XIX. С. 92.

Воспроизводится по:

Россия и Китай: история и перспективы сотрудничества: материалы IV  международной научно-практической конференции (Благовещенск – Хэйхэ – Харбин, 14 – 19 мая 2014 г.). Выпуск 4 / Отв. ред. Д.В. Буяров и Д.В. Кузнецов. – Благовещенск: Изд-во БГПУ, 2014. с. 40 – 41.

Категория: Черкасов А.Н. | Добавил: ostrog (30.06.2014)
Просмотров: 320 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]