Главная » Статьи » Р » Рудакова Л.П.

Албазинская пищаль — забытый памятник воинской славы

Памятники военной старины в собрании любого музея, как правило, имеют удивительные истории бытования, связанные с известными личностями и событиями, происходившими в государстве в тот или иной период времени.
Немало реликвийных памятников воинской славы и в собрании Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи, которые вызывают чувство гордости за героическое прошлое нашей родины, за предков, послуживших во славу отечества. Но, к сожалению, бывают случаи, когда эти памятки – ярлыки нашей славы, в силу обстоятельств, связанных с человеческой деятельностью, становятся совершенно забытыми. Так случилось и с русской пушкой, защищавшей в 1685 г. далекую пограничную крепость Албазин от нападения войск Цинской империи, превосходивших защитников в сотни раз. Пушка была отлита в Москве на Пушечном дворе известным пушечным мастером Якимом Никифоровым во второй половине XVII в.
История отношений России и Китая такова, что в первой половине XVII в. между ними пролегали земли, заселенные кочевыми и полукочевыми народами, большинство из которых не имело стабильных государственных образований. В середине XVII в. районы к югу от Амура были зоной параллельного проникновения русских и китайцев. В этот период территория вдоль течения Амура стала интенсивно осваиваться нашими первопроходцами и входить в состав Русского государства1. Особенно быстро формирование русского населения на Амуре происходило в 60-е годы, когда центром поселений стал Албазинский острог, сыгравший, несмотря [89] на свое непродолжительное существование, весьма заметную роль в истории Сибири.
В 1665 г. на правом берегу Амура, при слиянии рек Шилки и Аргуни был выстроен Албазинский острог, названный по имени одного даурского князька, проживавшего в тех местах. Основали острог пришедшие из Прибайкалья русские люди во главе с Николаем Романовичем Черниговским. Закрепившись на правобережье Амура, предприимчивые первопроходцы расширяли территорию земель, подвластных государству Российскому2 и, облагая данью местное население, постепенно приводили его к православной вере3.
В закреплении русских на Амуре маньчжурская династия Цин, правившая в Китае, увидела угрозу своим интересам на северо-востоке. Правительство Алексея Михайловича, понимая сложность обстановки на правобережье Амура, решило как можно скорее установить дипломатические отношения с Китаем. В 1675 г. из Москвы в Пекин было отправлено великое посольство во главе с искусным дипломатом Николаем Гавриловичем Спафарием4. Понимая всю сложность отношений с могущественным соседом, Спафарий, проезжая район Албазина, наложил запрет на дальнейшее расширение земель вдоль Амура и предписал укрепить острог и пополнить запасы оружия и пороха. Хотя посольство Спафария в Пекин не дало ожидаемых результатов, но позволило оттянуть на несколько лет нападение китайских войск на Албазин.
К началу 1680 г. Албазинский острог стал центром Амурского района и представлял собой четырехугольник с бревенчатыми стенами, над которыми возвышались три башни. Острог был окружен рвом, за которым были вбиты в землю надолбы в шесть рядов – «чеснок». Подле острога располагался посад в 53 двора. Вблизи Албазина был основан Спасский монастырь, в котором существовало подворье5.
 


 

Рис. 1. Серебряная печать Албазинского воеводства. Степанов Д. Албазин в XVII веке: военная и духовная крепость // Родина. 2011. № 12. С. 53
 

[90] В 1682 г. в Приамурье было образовано новое воеводство – Албазинское6, которому были пожалованы герб, печать и знамя7 (рис. 1-3). Первым воеводой в Албазин был назначен Алексей Ларионович Толбузин8, происходивший из старинного рода князей Фоминских и Березуцких9. Весной 1684 г. Толбузин прибыл в Албазин. Вместе с ним из Тобольска была доставлена и новая партия вооружения: 2 медные пушки с ядрами и 50 пищалей. При Толбузине крепость была значительно расширена. Новые стены имели высоту 5,3 м. и были покрыты двойным тесом с зубцами.
Летом 1684 г. китайское войско численностью до 10 тысяч человек с большим количеством артиллерии появилось вблизи Албазина. Собрав все окрестное русское население в крепости (120 служивых, 250 промышленных людей и 97 крестьян), Толбузин ждал осады. Но до конца года противник не предпринял наступательных действий. Только в начале июня 1685 г. началась осада Албазина. Отвергнув предложение неприятеля о сдаче крепости, воевода пытался усилить оборонительные укрепления. Но когда артиллерия противника начала вести прицельный огонь, стало ясно, что крепость долго не продержится. В течение нескольких дней Албазин превратился в полусожженный острог, запасы ядер и пороха подошли к концу, а малочисленные силы оборонявшихся были на исходе. В этих условиях А.Л. Толбузин был вынужден начать переговоры с китайской стороной о сдаче крепости
 


 

Рис. 2. Албазинская икона Божией Матери «Слово плоть бысть». Степанов Д. Албазин в XVII веке: военная и духовная крепость // Родина. 2011. № 12. С. 54
 

[91]


 

Рис. 3. Знамя Албазинского воеводства. Черкасов А., Зайцев Н., Онищук В., Сухоруков Н.Албазинская экспедиция. Современные географические методы в исследовании Албазинского острога //Родина. 2011. № 12. С. 59
 

с условием свободного выхода ее защитников вместе с оружием. Но неприятель нарушил условия договора. Остатки гарнизона и местные жители во главе с А.Л. Толбузиным, лишенные оружия и имущества, имея лишь скудные запасы продовольствия, ушли в Нерчинск. После ухода защитников крепости Албазин был полностью разграблен и окончательно сожжен10. Захватив русское оружие, противник отступил в свои пределы.
С уходом китайской армии воевода Нерчинска Иван Евстафьевич Власов решил восстановить Албазин. Особое значение имело то обстоятельство, что неприятель не успел уничтожить поля, засеянные рожью и пшеницей11.
Для строительства новой крепости Власов отправил в начале августа 1685 г. отряд с воеводой Толбузиным во главе. К концу месяца туда прибыла и команда служилых людей, вооруженных [92] медными и чугунными пушками, под началом казачьего головы Афанасия Ивановича Бейтона12. Многие бывшие албазинские жители и старатели присоединились к отряду Бейтона и увеличили его численность до 671 человека.
25 сентября 1685 г. на старом месте было начато строительство крепости в виде прямоугольника, вытянутого вдоль реки с укрепленным валом. В начале лета 1686 г. хорошо укрепленный Албазинский острог грозно возвышался над Амуром, господствуя над окружающей местностью. В этот период численность защитников доходила до 826 человек. Артиллерия крепости состояла из мортиры, стрелявшей пудовыми ядрами, восьми пушек и трех затинных пищалей. В пороховом погребе хранилось более 112 пудов пороха и 60 пудов свинца. Муки, урожая 1685 г., должно было хватить до лета 1687 г.13
7 июля 1686 г. китайское войско, состоящее, главным образом, из маньчжуров численностью до 7 тысяч человек при 40 пушках появилось под Албазином. Гарнизон крепости решил обороняться до конца. Так началась пятимесячная оборона Албазина, по праву занимающая почетное место в истории русской воинской славы (рис. 4). Через неделю после осады противник начал обстрел крепости. На пятый день вражеской канонады А.Л. Толбузин был тяжело ранен пушечным ядром в ногу и скончался через 4 дня. Командование гарнизоном принял полковник Афанасий Бейтон. Своими дальнейшими успехами защитники Албазина во многом были обязаны этому смелому человеку. Несмотря на беспрерывный огонь китайской артиллерии, особых разрушений в крепости не наблюдалось. Неудачи при штурме крепости противник видел в стойкости и отчаянной смелости русских воинов. В декабре 1686 г. Албазин продолжал упорно обороняться, несмотря на гибель значительной части гарнизона. Не добившись успеха под Албазином, в начале мая 1687 г. маньчжурские войска, страдая от голода и болезней, отступили от крепости на 4 версты, а в конце августа были вынуждены снять осаду и уйти к устью реки Зеи.
Героическая оборона Албазина, стоившая жизни подавляющему большинству ее защитников, закончилась. Малочисленные русские силы сумели удержать Албазин – ключевую позицию на Амуре и отстоять дальнейшее наступление неприятельских войск в Забайкалье (рис. 5).

[93]



Рис. 4. Осада Албазинского острога. Китайская гравюра. Александров В.А. Россия на Дальневосточных рубежах (Вторая половина XVII в.). Хабаровск, 1984. С. 153



Рис. 5. Нательные кресты албазинцев.Из раскопок С.В. Глинского в Албазине в 1975 г. Александров В.А. Россия на Дальневосточных рубежах (Вторая половина XVII в.). Хабаровск, 1984 . С. 51
 

[94]



Рис. 6. Портрет известного государственного деятеля Ф.А. Головина (1650-1706)
 

 

В связи с постоянными вооруженными столкновениями на Амуре, русское правительство, заинтересованное в сохранении целостности сибирских земель, пыталось урегулировать границы с Китаем мирным путем. В 1688 г. было вновь отправлено «великое и полномочное» посольство во главе с воеводой Федором Александровичем Головиным14. Основная цель посольства – заключить договор о мире, открыть торговлю и установить границы между Русским государством и Цинской империей.
В инструкции, данной Головину, особо подчеркивалось о неправомерности попыток китайского правительства завладеть землями в районе Албазина15 (рис. 6).
В начале 1689 г. Правительство царевны Софьи стало торопить Головина заключить мирный договор любой ценой и «пожертвовать» Албазином. В состав китайского посольства входили и миссионеры-иезуиты: француз Ф. Жербион и португалец Т. Перейра. Официальным языком на переговорах был избран латинский, что позволило иезуитам быть посвященными в важнейшие секреты двух государств и всячески выступать против русских поселений вдоль Амура в районе Маньчжурии16. Нерчинский договор о размежевании земель и установлении мирных отношений между Русским государством и Китаем был подписан 29 августа 1689 г. Граница между ними проходила по рекам Айгунь и Горбица. Крепость Албазин обязали срыть до основания17. Все имущество и вооружение, в том числе и боеприпасы, были вывезены из Албазина русской стороной18. Территории, отторгнутые по Нерчинскому договору, были возвращены России в результате заключения с Китаем Айгунского договора 1858 г.19
В мае 1900 г. в северо-восточных провинциях Китая (Маньчжурии) началось народное восстание, руководимое тайным обществом «Ихэтуань». В июле, в разгар восстания, участились нападения на русскую железную дорогу, проходившую по территории Маньчжурии. Восставшие громили вокзалы, нанося урон и самой железной дороге. Воспользовавшись этим прецедентом, Россия летом [95] 1900 г. ввела свои войска в северо-восточные провинции Китая, и к середине октября вся Манчжурия была полностью оккупирована20. В г. Айгунь русским войскам достались богатые трофеи. Сортировкой трофейного оружия занимался выпускник Михайловской артиллерийской академии капитан гв. артиллерии Петр Васильевич Экстен21. При осмотре китайских пушек им была обнаружена старинная медная русская пушка. Капитан Экстен определил ее как медный гладкоствольный единорог, заряжающийся с дула весом 6 пудов 15 фунтов со славянской надписью22.
Это орудие на пароходе «Петербург» было отправлено в Одессу, а затем по железной дороге в столицу империи. 22 марта 1901 г. медный ствол поступил на хранение в Санкт-Петербургский артиллерийский склад. На складе пушка была тщательно осмотрена представителем Артиллерийского комитета и членом Комиссии по перевооружению полевой артиллерии, выпускником Михайловской артиллерийской академии полковником А.Э. Керном, большим знатоком старинных орудий23. 24 мая 1901 г. Керн докладывал в Главное артиллерийское управление, что русская заряжающаяся с дула гладкоствольная пушка отлита из бронзы. На казенной части пушки перед запальным отверстием имеется выпуклая надпись славянской вязью: «Лил мастер Яким Никифоров», на средней части, у дельфинов, выгравировано славянскими буквами: «Длина 2 аршина 20 гривенок». Время производства орудия Керн отнес к допетровской эпохе, объясняя это тем, что фунт при царе Василии Шуйском назывался гривенкой24. Он высказал предположение, что пушка, доставленная из Северного Китая, была отлита в первой половине XVII в. и принадлежала к числу артиллерийских орудий, прибывших в Албазин вместе с А.Л. Толбузиным, назначенным туда воеводой. При капитуляции Албазинского острога в 1685 г. все русское имущество и оружие было захвачено противником и вывезено в Манчжурию. При передаче Албазина китайцам по Нерчинскому договору 1689 г. все имущество, орудия и припасы были вывезены русской стороной25. По указу товарища генерал-фельдцейхмейстера М.Г. Альтфатера от 5 августа 1901 г. достопамятная албазинская пушка была передана в Артиллерийский музей26.
Известный ученый генерал-лейтенант Н.Е. Бранденбург, заведовавший музеем, в 1901 г. сделал запись в учетных документах, так называемых «красных книгах», под № 472: «Пищаль медная [96] XVII ст. с дельфинами, цапфами и не большим винградом, без мушки; запал в квадратной раковине. Поверхность орудия украшена фризами, а на средней и казенной части – литыми травами; торель сделана в виде чешуи. На казенной части вылита надпись: «Лил мастер Яким Никифоров», а выше начеканены размеры: «Длина 2 аршина ядро без четверти гривенка 6 пуд. 20 гривенок весу». Калибр 2 дм, длина до торели 5 ф. 8 ¼ дм; с торелью и винградом 5 ф. 10 ¼ дм. Вес 6 пуд. 15 ф.»27.
Пушку отливал известный пушечный мастер Еким (Яким) Никифоров, работавший в Москве на Пушечном дворе в 1655 — 1672 гг.28 В историческом архиве ВИМАИВиВС, в фонде Пушкарского приказа, имеется расходная книга Пушкарского приказа за 1655 г. с записями о литейщиках: мастерах и учениках. Там упоминается и пушечный мастер Еким (Яким) Никифоров29. Одна из пушек этого мастера была выставлена в 1672 г. в Москве, на Кремлевской площади, как образец литья30 (рис. 7).


 

Рис. 7. Ствол медной пушки, отлитой мастером Якимом Никифоровым. 1672 г. Рубцов Н.Н. История литейного производства в СССР. Часть I. Издание второе дополненное и переработанное. Государственное научно-техническое издательство машиностроительной литературы. М., 1962. С. 240
 

Русская артиллерия второй половины XVII в., отлитая на московском Пушечном дворе, высоко оценивалась иностранными специалистами. Капитан шведской армии Эрик Палмквист, посетивший Россию в 1674 г. и составивший описание русской артиллерии, особо отмечал ее превосходные технические и боевые качества31.
При поступлении в музей эта историческая пушка была выставлена на экспозиции в зале древних русских памятников XIV — XVII вв. и привлекала внимание посетителей своей примечательной историей. В 1903 г. Артиллерийский музей отмечал свой 200-летниий юбилей. К этой дате Обществом ревнителей военных знаний был издан «Краткий систематический указатель главнейших предметов, [97] хранящихся в Артиллерийском историческом музее», составленный секретарем общества полковником Генерального штаба Е.Ф. Новицким и капитаном Д.П. Струковым, возглавлявшим Артиллерийский музей. В указателе, среди разнообразных памятников воинской славы, под № 30 была представлена и албазинская пушка32.
Эта пушка под № 68 вошла и в «Путеводитель по Артиллерийскому историческому музею», составленный Д.П. Струковым в 1912 г. При описании исторического памятника, Дмитрий Петрович свидетельствовал, что ствол был отбит у китайцев во время военных действий в 1900 г. при овладении русскими войсками г. Айгунь. «Весьма вероятно, что это русское орудие попало в руки китайцев при захвате ими в 1685 г. крепости Албазин»33.
Ко времени поступления албазинского орудия в музее хранилась более крупная медная пушка, отлитая Якимом Никифоровым и доставленная в 1830 г. из Казанского арсенала. Изначально она была записана в учетном документе, так называемой «шнуровой книге» под № 1146. В документах было указано, что пищаль прибыла в Казанский арсенал в 1829 г. из Нерчинского артиллерийского гарнизона34. Когда Н.Е. Бранденбург начал вести учет музейных предметов по новым учетным документам, так называемым «красным книгам», он записал под № 1351: «Пищаль медная, калибром 2,6 д. длина до торели 60,3 д.; с торелью и винградом 65,6 д.; весом 11 п. 5 ф. На казенной части литая, дурно выделанная надпись: «Лил мастер Яким Мики[форов]». Далее Николай Ефимович указал старый номер пушки по шнуровым книгам. Бранденбург датировал пищаль XVII в., временем царствования Михаила Федоровича35 (рис. 8).
 


 

Рис. 8. Ствол медной пушки, отлитый Якимом Никифоровым. Поступил в музей из Казанского арсенала в 1830 г. В Казанский арсенал прибыл в 1829 г. из Нерчинской крепости. ВИМАИВиВС. Инв. № 9/106
 

[98]Вполне вероятно, что эта пушка Якима Никифорова в числе других орудий прибыла в Албазин с отрядом А.И. Бейтона и участвовала в героической многомесячной обороне крепости. После заключения Нерчинского договора 1689 г. была вывезена русскими из Албазина в Нерчинскую крепость и находилась там до 1829 г.
Оба медных ствола Якима Никифорова в сентябре 1917 г. вместе с другими памятниками Артиллерийского музея были эвакуированы из Петрограда водным путем в Ярославль и благополучно возвратились в родные стены Кронверка осенью 1923 г.
Более крупная медная пушка, доставленная из Казанского арсенала, была выставлена в 1925 г. в зале № 1 как один из образцов пушечного литья русских мастеров второй половины XVII в.36
В 1930-е годы, при создании новых учетных документов, так называемых «черных книг», албазинская пищаль была записана под № 370: «Пищаль XVII в. медная с дельфинами, гладкоствольная с дула заряжающаяся. Калибр 50,8 мм. Длина с ост. винграда 1 м 47,5 см. Вес – ? Прицела и мушки нет. Запал в квадратной раковине, справа его щиток. Винград частью отбит. Ниже дельфа на казенной части надпись по-славянски: «Лил мастер Яким Никифоров», ниже литые орнаменты». Из записи видно, что отсутствует информация о времени поступления пушки в фонды музея и не вписан номер, под которым она значилась ранее37. Это последние данные, встречающиеся в архивных документах ВИМАИВиВС об этой пушке, и ее дальнейшая судьба неизвестна.
Тридцатые годы прошлого столетия стали одной из самых неблагоприятных страниц в истории Артиллерийского исторического музея не только для его сотрудников, но и для музейных коллекций. В это время часть артиллерийских орудий была сдана в металлолом. Просмотр документов по сдаточным спискам не помог выявить албазинскую пушку, так как в списках указано общее количество стволов, отлитых из бронзы, чугуна и стали без указания их инвентарных номеров. В этот период и сразу после окончания Великой Отечественной войны музей передавал в краеведческие и во вновь создаваемые военно-исторические музеи во временное и постоянное пользование огромное количество памятников воинской славы. Хочется верить, что эта раритетная пушка бережно хранится в фондах одного из провинциальных музеев.
[99] Более крупная медная пищаль Якима Никифорова, поступившая в музей в 1830 г., была учтена по «черным» книгам под № 386: «Пищаль медная XVII ст. с дельфинами гладкоствольная с дула заряжающаяся. Калибр 66 мм. Длина 1 м 70 см. Вес – ? На казенной части литая подпись: «Лил мастер Яким Никифоров». Выше дельфинов литые орнаменты. Прицела и мушки нет. Запал в квадратной раковине. Поступила в АИМ из Казанского арсенала в 1830 г. По «красным» учетным книгам значилась под № 135138.
Эта пушка, получившая новый инв. № 9/106, была включена в «Каталог материальной части отечественной артиллерии», изданный в 1961 г. где было указано: «Ствол 2-х гривенной пушки, бронзовый, отлит в XVII в. мастером Акимом Никифоровым; диаметр ствола 65 мм, длина 154 см, вес 182 кг, ствол украшен литыми поясками; на средней части ствола цапфы и дельфины; на казенной части нацарапано: «Вес 11 пуд. 5 гривенок ядром 2 гри[венки] , ниже – литая надпись: «Лил мастер Аким Мики[форов]; запал в литой раковине, рядом выбито: № 386. В 1948 г. был произведен химический и металлографический анализ металла пушки, в результате которого было установлено, что ствол отлит из однородной бронзы39. Эта пушка упоминается и в обширном труде Н.Н. Рубцова «История литейного производства в СССР»40.
В связи с переходом на новые учетные документы удивительная история албазинской медной пушки, захваченной китайцами в XVII в. и возвращенной из плена спустя два столетия, была окончательно забыта. В путеводителях по музею, издаваемых в советский период, пушки Якима Никифорова более не упоминаются. Поэтому очень важно указывать в современных учетных документах все инвентарные номера памятника, которые он имел с момента поступления в музей, а также, по возможности, историю его бытования.
Хочется верить, что все столь драгоценные артиллерийские памятники, собранные в стенах нашего музея, когда-нибудь будут всесторонне и глубоко изучены, и перед посетителями предстанут удивительные истории этих военно-исторических реликвий.

Примечания:

1 Русско-китайские отношения в XVII веке. Т. II. М.: Издательство «Наука», 1972. С. 5.
2 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 22. Оп. 92. Д. 61. Л. 71.
[100]3 Аксентьев С.Т. Две судьбы, разделенные двумя веками // Наука и жизнь. М.: Медиа-Пресса. 2008. № 1. С. 70.
4 Николай Гаврилович Спафарий (1636-1708), русский дипломат, ученый и богослов, известный своим посольством в Китай, родился в семье молдавского боярина греческого происхождения. Получил блестящее образование в Константинополе и в Падуе. Владел девятью языками, в том числе и китайским. В 1671 г. по рекомендации иерусалимского патриарха Досифея был принят на службу переводчиком в посольский приказ русского царя Алексея Михайловича под начало Артамона Матвеева, ведавшего иностранными делами. Спафарий – автор первой российской арифметики «Арифмологион», которая была написана для детей придворных. (Кедров Н. Николай Спафарий и его арифмология // Журнал Министерства народного просвещения. Часть CLXXXIII. СПб., 1876. С. 34). С 1675 по 1678 гг. Спафарий возглавлял русское посольство в Пекине для налаживания дипломатических отношений с ближайшим соседом. В отличие от предыдущих посланников, знание китайского языка позволило Спафарию собрать много ценных сведений о Китае. Во время длительного следования посольства по Сибири и Забайкалью Николай Гаврилович наблюдал и описывал реки Амур и Обь с ее притоком Иртыш. Первым сделал подробное описание Байкала и перечислил все впадающие в него реки, описал виды рыб, обитающих в озере. Переговоры Спафария с китайским императором не дали положительных результатов. Император отказался принимать посланников до тех пор, пока русские не покинут земли Приамурья. О своем путешествии в Китай Спафарий оставил замечательные записки: «Путешествие через Сибирь до границ Китая», «Путевые заметки» и «Описание Китая», которые до сих пор служат прекрасным источником не только по истории дипломатии России, но и географии, этнографии районов Забайкалья, Внутренней Монголии и других территорий.
В 1680-х годах Н. Спафарий принимал участие в организации посольства Ф.А. Головина в Китай, результатом которого стало подписание в 1689 г. Нерчинского договора, определившего ликвидацию русских поселений в верховьях Амура. (Аксентьев С.Т. Две судьбы, разделенные двумя веками // Наука и жизнь. М.: Медиа-Пресса, 2008. № 1. С. 70). В 1695 г. Спафарий принимал участие в Азовском походе Петра I. Умер Н.Г. Спафарий в Москве в 1708 г.
5Александров В.А. Россия на дальневосточных рубежах (Вторая половина XVII в.). Хабаровск: Хабаровское кн. изд-во, 1984. С. 44.
6Яковлева П.Т. Первый русско-китайский договор 1689 года. М., 1958. С. 119.
7 Романов Д. Присоединение Амура к России // Русское слово. 1859. № 4. С. 192.
Ныне атрибуты Албазинского воеводства бережно сохраняются в различных музеях страны. Знамя воеводства, представляющее собой образ Спаса Вседержителя с ангелами в облаке и молящимися святыми по краям, хранится в собрании Государственной Оружейной палаты Московского Кремля. (Черкасов А., Зайцев Н., Онищук В., Сухоруков Н. Албазинская экспедиция. Современные геофизические методы в исследовании Албазинского острога // Родина. 2011. № 12. С. 59.) Серебряная печать «Великих государей Сибирской земли Албазинского острогу» была специально учреждена для нового воеводства. На ней изображен одноглавый коронованный орел с распростертыми крыльями, держащий лук и стрелу и готовый отразить неприятеля. Хранится в нумизматической[101] коллекции Государственного Эрмитажа. (Степанов Д. Албазин в XVII веке: военная и духовная крепость Приамурья // Родина. 2011. № 12. С. 52). Икона албазинской Божией Матери «Слово плоть бысть» стала святыней Приамурья и находится в новом кафедральном соборе г. Благовещенска (Там же. С. 53).
8 Алексей Ларионович Толбузин (? – 14.07.1686) происходил из семьи потомственных сибирских служилых людей. Его отец был воеводой в Нерчинске в 1662 — 1668 гг., а брат, Фаддей Ларионович, в Иркутске до 1676 г. С Иркутском некоторое время была связана и деятельность Толбузина. В 1676 — 1680 гг. он управлял острогом и служил в Москве. С образованием Албазинского воеводства в 1882 г. был назначен воеводой в Албазин, прибыл в крепость в мае 1684 г. и много сделал для укрепления Албазина и организации его обороны. В 1685 г. Толбузин вновь отстроил сожженную китайским войском крепость, укрепив ее и увеличив значительно вооружение и гарнизон. Летом 1686 г. энергичный и умелый воевода отбил первый штурм китайских войск, окруживших крепость. На пятый день осады Албазина Толбузин был тяжело ранен и скончался через четыре дня. Дальнейшая пятимесячная оборона Албазина – одна из славных страниц в военной истории России (Бартенев Ю. Герои Албазина и Даурской земли // Русский архив. 1899. Кн. 1.)
9 Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. Т. 65. СПб., 1901. С. 430.
10 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 22. Оп. 92. Д. 61. Л. 71.
11Александров В.А. Указ. соч. С. 144.
12 Афанасий Иванович Бейтон родился в Пруссии. После окончания Тридцатилетней войны поступил на российскую службу по контракту. В 1654 г. Бейтон был зачислен в полк боярина и воеводы кн. А.Н. Трубецкого. Участвовал в русско-польской войне 1654 – 1667 гг. Еще до окончания войны был отправлен в Томск для создания «полков нового строя». В Томске Бейтон принял православие, вступил в русское подданство и женился. С 1 августа 1685 г. Бейтон во главе отряда в 198 казаков выступил из Нерчинска к Албазину и помогал возведению нового острога. Принимал участие в защите Албазина в 1686 – 1687 гг. После смерти воеводы Толбузина возглавил отряд защитников. В 1695 г. Бейтон служил в должности казачьего головы в Иркутске, в 1696 г. приказчиком в Верхоленском остроге. При переводе в Ундинский острог был произведен в дворяне московского списка. Скончался в 1701 г. (Зуев А. Штрихи к биографии Афанасия Ивановича Бейтона.Артемьев А.Р. Новые материалы о героической обороне Албазинского острога в 1685 и 1686-1687 годах. Вестник ДВО РАН).
13Александров В.А. Указ. соч. С. 130.
14 Федор Александрович Головин (1650 – 1706), известный государственный деятель и один из ближайших сподвижников Петра I, был сыном боярина А.П. Головина, служившего воеводой в Тобольске. Получив хорошее домашнее образование, Федор Головин, по примеру знатнейших дворянских фамилий, начал службу при дворе Алексея Михайловича. Исполнительность и образованность молодого Головина сказались на его карьере. В январе 1686 г. он был послан во главе русского посольства на Амур для урегулирования пограничного конфликта в районе Албазинского воеводства. В 1689 г., вследствие невозможности вести серьезную войну с Китаем, Головин заключил Нерчинский договор, по которому Китаю уступили Амур до притока реки [102] Горбицы. В 1697 г. в составе «Великого посольства» к европейским дворам, Головин был вторым, после Ф.Я. Лефорта, полномочным послом. Его деятельность была направлена главным образом на благо русского флота. В 1699 г. он возглавил военно-морской приказ. Первым был награжден орденом св. Андрея Первозванного, считавшимся высшей государственной наградой. Принимал участие во втором походе Петра I. Командуя авангардом галер, дошел вместе с Петром I по Дону до Азова. За участие во втором Азовском походе был награжден в 1698 г. серебряной медалью. С 1699 по 1706 гг. возглавлял Посольский и Ямской приказы, а также Оружейную, Золотую и Серебряную палаты. В 1701 г. руководил московской Навигационной школой – первым учебным заведением в России, готовившим технически образованных специалистов. Возглавляя русскую дипломатию, вел активную внешнюю политику в начале Северной войны. По его инициативе был создан институт постоянных русских представителей за границей. По совету Головина Петр I издал манифест, разрешающий принимать иностранных специалистов на русскую службу и беспрепятственно отправлять в России любую веру. В 1702 г. Ф.А. Головин вторым из русских, после А.Д. Меньшикова, получил от императора Священной Римской империи грамоту на графский титул. Будучи широко образованным человеком, хорошо знавшим латынь и английский язык, он все свое свободное время посвящал наукам. В 1715 г. в Амстердаме было издано его сочинение «Глобус небесный». За заслуги перед отечеством в Санкт-Петербурге 6 июня 2007 г. перед Андреевским собором был установлен бюст Ф.А. Головина.
15 Русско-китайские отношения в XVII веке. Т. II. М.: Издательство «Наука», 1972. С. 10.
16 Там же. С. 20.
17 Энциклопедический словарь Брокгауза Ф.А. и Ефрона И.А. Т. XX-а. СПб., 1897. С. 913.
18 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 22. Оп. 92. Д. 61. Л. 72.
19 Советский энциклопедический словарь. М.: «Советская энциклопедия», 1987. С. 28; Ныне территория Албазинского острога представляет собой историкоархеологический памятник республиканского значения «Албазинский краеведческий музей», расположенный в селе Албазино Сковородинского района Амурской области.
20 История дипломатии. Т. II. М., 1963. С. 514.
21 Список полковникам по старшинству. Ч. I, II и III. СПб., 1908. С. 710.
22 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 6. Оп. 1/1. Д. 182. Л. 33.
23 Там же. Ф. 25. Оп. 102. Д. 4. Л. 1016 – 1018.
24 Там же. Ф. 6. Оп. 1/1. Д. 182. Л. 49.
25 Там же. Д. 182. Л. 54.
26 Там же. Ф. 22. Оп. 92. Д. 61. Л. 68.
27 Там же. Ф. 22. Оп. 111. Д. 8. Л. 134 об., 135.
28 Рубцов Н.Н. История литейного производства в СССР. Часть I. Изд. 2-е, дополненное и переработанное. Государственное научно-техническое издательство машиностроительной литературы. М., 1962. С. 239.
29 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 1. Оп. 1. Книга № 4 (Расходная книга Пушечного приказа 1655 г.)
30 Рубцов Н.Н. Указ. соч. С. 239 – 240.
31 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 11. Оп. 2. Д. 3. Л. 10.
[103]32 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 22. Оп. 92. Д. 67. Л. 154/2 об.
33 Струков Д.П. Путеводитель по Артиллерийскому историческому музею. СПб., 1912. С. 27.
34 Архив ВИМАИВиВС. Ф. 21. Оп. 92/1. Д. 8. Л. 365 об. – 366.
35 Там же. Ф. 22. Оп. 111 Д. 2. Л. 237 об. – 238.
36 Краткий указатель главнейших предметов постоянной выставки в Артиллерийском историческом музее. М., 1925. С. 7.
37 Там же. Ф. 3Р. Оп. 112. Д. 4. Л. 128.
38 Там же Д. 4. Л. 134.
39 Артиллерийский исторический музей. Каталог материальной части отечественной артиллерии. Л., 1961. С. 100.
40 Рубцов Н.Н. Указ. соч. С. 239.

Воспроизводится по:

Война и оружие. Новые исследования и материалы. Труды Четвертой Международной научно-практической конференции. В четырех частях. Часть 4. Санкт-Петербург, ВИМАИВиВС, 2013г.

Категория: Рудакова Л.П. | Добавил: ostrog (02.05.2014)
Просмотров: 369 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Социальные сети
Категории раздела
БЛОГ

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0