Главная » Статьи » Т » Трухин В.И.

Русские населенные пункты Албазинского уезда XVII века (по служебным документам Албазинского острога)

Вопрос освоенности Приамурских земель в XVII веке русскими в сельскохозяйственном отношении неоднократно рассматривался в различных исследованиях, и в том числе посвященных истории Албазинского острога [1; 2; 3; 32; 35; 36; 37; 38; 39]. В этом контексте как правило отмечалось наличие русских слобод, деревень и заимок, расположенных вдоль Амура.

Рис. 1. Албазинские уезды.

Албазинские уезды начинались от слияния Аргуни и Шилки. В 1682 году Нерчинский воевода Ф.Д. Воейков выделял два таких уезда. Первый располагался от устья реки Аргунь до Албазинского острога [21, лл. 49–50]. Второй от Албазина вниз по течению Амура [21, лл. 45–46]. Побывавший в Москве в Сибирском приказе в 1680 году албазинский казак Костька Емельянов рассказывал, что албазинские пашенные крестьяне живут вниз по Амуру до устья Нижней Погромной реки [26, лл. 83–93].
Число русских поселений исследователями оценивалось по-разному. Но после публикации Н.Ф. Демидовой и В.С. Мясниковым «Стратегических планов усмирения русских (Пиндин лоча фанлюэ)» [29, с. 660–688], где указывалось, что в конце 70-х годов XVII столетия китайские лазутчики донесли императору, что русские построили на Амуре более двадцати селений [29, с. 669], эта цифра утвердилась. И с 1972 года практически в каждом исследовании по истории Албазина имелась фраза: «Ha амурских берегах ниже устья Аргуни было расположено более 20 русских сельскохозяйственных селений — слобод, деревень, заимок». Попытки уточнить места расположения населенных мест Албазинских уездов также предпринимались неоднократно. В своем большинстве ссылки на информацию о их размещении кочевали из более ранних исследований в более поздние и практически не содержали сведений о первоисточниках.
Исключение составили лишь некоторые в них указания на первоисточники в какой-то степени присутствовали. Это исследования В.А. Александрова [2], В.В. Сухих [32], В. И. Шункова [38].
Чтобы расширить эти сведения было проанализировано более двухсот как опубликованных, так и неопубликованных документов, относящихся к служебной документации Албазинского острога. Это позволило представить более подробную информацию о существовавших в XVII веке населенных пунктах Албазинских уездов.
Размещение русских слобод, деревень, заимок в Приамурье в XVII веке можно представить следующим образом.
У самого устья Аргуни на правом берегу Амура располагалась Усть-Аргунская заимка [7, с. 111; 22, лл. 2–5] (рис. 1). После заключения Нерчинского мирного договора, по его условиям она была перенесена на левый берег Амура [29 с. 645–646, 649].

Рис. 2. Деревни и заимки Албазинского уезда расположенные западнее Покровской слободы.

Ниже по Амуру В.В. Сухих отмечает существование Амурской слободы [32, с. 96] (рис. 1), ссылаясь на исследование В.И. Шункова [38], правда без указания страницы. Однако В.И. Шунков относит существование этой слободы к 1714 году и не включает в общий список населенных пунктов Албазинского уезда [38, с. 201]. Никаких сведений о существовании такой слободы в документах Албазинского острога найти не удалось.
В половине дня пути от Усть-Аргунской заимки так же на правом берегу находилась Астраханцова заимка [9, с. 11; 18, с. 163] (рис. 1). В одном из документов эта заимка названа Астрахань [30, с. 297; 4, л. 133].
Еще ниже по Амуру находилась Вяткина деревня [27, л. 14] (рис. 1). Еще в XIX веке в семи верстах ниже устья реки Амазар фиксировалась река с названием «Вяткина» [5, с. 5]. Она впадала в Амур с правой стороны. Этот гидроним частично сохранился до настоящего времени. Правый, приток реки Амур, впадающий на против левого притока Галгакан на российских картах, носит название «Вяткин» (кит назв. Дамачанхэ). Крутой берег Амура западнее реки Урка так же продолжает называться «Вяткины утесы». Видимо в этом районе и находилась эта деревня.
В устье реки Урка располагалась Перелешина заимка [20, л. 32; 27, л. 170] (рис. 1). Названа она была в честь ее основателя албазинского казака Ивашки Перелешина. Из этого района начинался путь на север к Тугирскому волоку. Здесь была проложена конная тропа, пересекающая Яблоновый хребет и спускающаяся к Алдану. Именно сюда чаще всего выходили первооткрыватели Амура [5, с. 66].
Чуть ниже располагалась урочище в XVII веке называвшееся «Лавкаев луг». На нем располагался целый ряд слобод и заимок. Среди них возможно была расположена у устья левого притока Амура реки Игнашиной одноименная слобода Игнашина (рис. 1). Среди исторических документов этому подтверждения не нашлось, однако в «Географическо-статистическом словаре Амурской и Приморской областей, с включением некоторых пунктов сопредельных стран» А. Кириллова указано, что основанная в XIX веке Игнашинская станица получила свое название от существовавшей здесь в XVII веке слободы Игнашина [12, с. 162]. Однако возможно эти сведения не противоречат данным исторических документов, в них подтверждено существование на Лавкаевом лугу как минимум двух слобод. Первая называлась «Лабкаева слобода» (рис. 1) и была основана албазинским казачьим атаманом Ивашкою Коркиным. Вот как было записано описание этой слободы в Сибирском приказе с его слов: «…Да он же де Ивашко Коркин от [Алба]зинского вверх по Амуру реке на левой стороне на китайской границе на Лапкаевском лугу построил слободу и пашенных крестьян на государеву пашню поселил девять человек своими пожитками ис присыльных и ис прихожих людей. И напахивают де ныне те крестьяня в государеву казну хлеба ржи и овса чети по сту и больши. И около де того Лапкаевского лугу порозжих пашенных мест много. Да под тем же де Лапкаевским лугом два рыбные озера и рыбы и птицы и всякого зверя много. Да в той же де Лобкаевской слободке построена часовня да мельница у крестьян. А жерновы де они тут делали сами. И жерновного де камени [в том] месте много» [26, л. 33–35]. И сегодня восточнее реки Игнашиха в прибрежной зоне Амура существуют озера, возле которых могла находиться Лабкаева слобода.

Рис. 3. Деревни и заимки Албазинского уезда расположенные восточнее Покровской слободы.

Вторая слобода это - Покровская слобода [6, с. 204; 18, с. 202] (рис. 2). Это было одно из самых крупных селений Албазинского уезда. Ее существование отмечал в одном из самых первых исследований истории Албазинского острога Г. Ф Миллер [14, с. 199]. Интересно отметить, что староста Покровской слободы Василий Фалелеев, уходя из Покровской слободы в Нерчинск после разграничения с Китаем по Нерчинскому договору, забрал с собой казну Никольской часовни [18, с.202–203] находившейся в Лабкаевой слободе. Поэтому можно предположить, что Лабкаева и Покровская слободы располагались очень близко друг к другу или как минимум первая была западнее второй.
Одновременно с Покровской слободой документы фиксируют существование Нижней заимки Покровской слободы [33, л. 334 об.], Покровской заимки [6, с. 259.], заимки на Лапкаевском лугу [18, с. 203] (рис. 2). Возможно, это разные заимки, но вполне вероятно, что здесь идет речь об одном населенном пункте, который располагался ниже Покровской слободы по течению Амура. Пока более точно локализовать местоположение этих поселений не удалось.
В своем «Описание плавания по реке Амуру экспедиции генерал-губернатора Восточной Сибири в 1854 году» Николай Дмитриевич Свербеев отметил, что по рассказам усть-стрелочных казаков, которым были известны названия первых притоков Амура ниже реки Урусы (современная река Уруша) слева в Амур впадают реки Верхняя и Нижняя Монастырские, а с права Большая Монастырская [31, с.33]. Такая концентрация в одном районе гидронимов с названием «Монастырская» может говорить о том, что здесь находился населенный пункт относящийся к Албазинскому Спасскому монастырю. Таким населенным пунктом вполне могла быть Верхняя Монастырская заимка (рис. 2), которая упоминается в одном из документов [6, с. 231]. На современных картах эти гидронимы частично изменились, но продолжают нести след исторических событий XVII века. Сейчас они называются: Верхняя Монастырка, Нижняя Монастырка и Монастырская.
В ряде изданий [2, с. 29; 12 с. 313; 13, с. 146; 16, с. 59; 35, с. 61; 39, с. 62] без прямой ссылки на первоисточники указано, что выше реки Олдекон в XVII веке располагалась деревня Паново (рис. 2). Никаких исторических документов подтверждающих эти сведения обнаружить не удалось.
Также не удалось найти в документах подтверждение существованию ниже реки Олдекон Ондокомских заимок (рис. 2). О них В.А. Александров писал: «в том же районе, в полутора днях пешего хода от Албазина, находилась целая группа селений, так называемые Ондокомские заимки» [2, с. 29].
Следующая группа селений находилась уже рядом с Албазинским острогом. Прежде всего сам острог кроме крепости имел посад. В январе 1681 года он насчитывал пятьдесят три «жилецких двора» [26, л. 32]. В 1685 году, во время первой осады Албазинского острога, посад по приказу Албазинского воеводы А. Толбузина был сожжен [10, л. 18; 18, с. 161].

Рис. 4. Деревни и заимки в районе Албазинского острога.

В непосредственной близости от Албазинского острога так же находился Албазинский Спасский монастырь (рис. 3). Как писал основатель этого монастыря черный поп Гермоген в челобитной царю: «…стоит та пустынка повыше Албазинсково острогу вверх по Амуру реке на Брусяном камени…» [25, л. 8]. Расстояние от Албазинского острога до монастыря было около версты. Об этом в Москве рассказал Албазинский атаман И. Коркин: «с версту на брусеном кам[ени] построена пустыня…» [26, л. 34–35]. Албазинский Спасский монастырь имел довольно обширное хозяйство. Кроме церкви, в монастыре были две мельницы, монастырские лавки, пашня, сенные покосы, скотские выпуски и даже двор в Нерчинске [20, л. 31]. Конечно все это не находилось непосредственно у монастыря. Важные данные содержатся на «Карте Северной Азии Николаса Витсена» чуть выше Албазина по течению Амура размещена речка «Мельничная» [40]. Возможно, на этом притоке Амура и располагались мельницы Албазинского Спасского монастыря. Сегодня этой речки уже нет, она пересохла. Однако перед скальным выступом, который в XVII веке мог называться «Брусяной камень», о котором шла речь выше, есть овраг, который, возможно, был руслом реки Мельничной.
В 1681 г. в монастыре было более двадцати человек вкладчиков [20, л. 30]. Даже на небольшой вклад они не только с семьями жили дворами в монастыре, но получали ежегодно «отсыпной» хлеб и рогатый скот [11, с. 39]. Какая-то их часть могла жить на монастырских заимках, но и рядом с монастырем могло существовать подворье - Монастырская слобода. В некоторых исследованиях она была названа Монастырщина. Так считали Ф. Шперк [35, с. 61], А.Р. Артемьев [3, с. 116], В.В. Сухих [32, с. 97], Н.Ф. Демидова, В.С. Мясников [29, с. 776] (рис. 3). Прямого указания в документах на существование этой слободы нет. Но в одной из грамот Нерчинского воеводы Ф. Воейкова о высылке из монастыря монастырских вкладчиков предписывается: «а буде которых есть в монастыре построяна дворы и тебе б тех дворового строеня тем вкладчиком которых вышлеш не отдават из монастыря для таво луба будут работники в манастыре жит в те дворы» [20, л. 31]. А в расспросных речах И. Коркина, говорится о исполнении этого предписания: «А ныне де те мелницы и пашн[я] и сенные покосы от той пуст[ыни] взята на великого государя по … государеве грамоте и поселено государевых пашенн[ых] крестьян четыре человека» [26, л. 35]. То есть рядом с монастырем какое-то подворье все-таки существовало. На «Карте Амурской страны, присоединенной к России по Айгунскому договору (16 мая 1858 года), подтвержденному Пекинским трактатом 2 ноября 1860 года» [19] в правый приток Амура реку Албазиха у ее устья впадает река Монастырская (кит. назв. Бэйэрхэгэньхэ). Вполне возможно, что именно здесь и располагалась слобода Монастырщина. По мнению Г.Ф. Миллера здесь же на правой стороне Амура на против Албазинского острога в устье реки Албазиха располагалась и деревня Солдатово [32, с. 97; 24, л. 4] (рис. 3).
Так же на правом берегу Амура немного ниже Албазина стояла деревня Андрюшки Чулкова [8, с. 5; 28, Ч. I. л. 160; Ч. II, лл. 260–265] (рис. 4).
В четырех верстах от Албазинского острога вниз по Амуру располагалась заимка Озерная [29, с. 157; 18, с. 178] (рис. 4). Отступившие в 1687 году от Албазинского острога маньчжурские войска стояли недалеко от Озерной заимки в 5 верстах меж озер [29, с. 158,159]. Очевидно, по этим озерам и была названа эта заимка.

Рис. 5. Деревни и заимки Албазинского уезда расположенные западнее Большой слободы.

Большая слобода [21, л. 45] (рис. 4) находилась в десяти верстах от Албазинского острога вниз по Амуру. Это был своеобразный центр пашенного земледелия в Албазинских уездах. Здесь жил и осуществлял свою деятельность приказной человек пашенных крестьян [21, л. 49]. Кроме Большой слободы в исторических документах отмечено существование Большой заимки [15, л. 7; 27, л. 20], Нижней заимки Большой слободы [21, л. 49] и просто Нижней заимки [34, л. 56]. Являются ли все эти заимки самостоятельными поселениями пока сказать невозможно. Вероятно, это разные наименования одного и того же населенного пункта (рис. 4). Однозначно отнести к Большой слободе нельзя только Нижнюю заимку. Из текста документа, в котором она упоминается, следует, что это был первый остановочный пункт дощанников, двигавшихся вниз по Амуру в сторону Зейских острожков. Но пока более точно определить местоположение этой заимки не представляется возможным.

Рис. 6. Деревни и заимки Албазинского уезда расположенные восточнее Большой слободы.

Ниже заимок Большой слободы в пятнадцати верстах от Албазинского острога располагалась деревня Погадаева [7, с. 109; 121; 21, с. 17 (в этом документе при публикации название приведено неточно, в тексте она ошибочна названа Возадаевой деревней)] (рис. 5). Возможно, она находилась в районе теперь уже не существующего села Бейтоново. О наличии здесь в XVII веке поселения может свидетельствовать следующее замечание помещенное в «Географическо-статистический словарь Амурской и Приморской областей, с включением некоторых пунктов сопредельных стран» А. Кириллова: «При заселении поселка землю в окрестностях его находили разрыхленною и вспаханною, хотя и покрытую вековым лиственичным лесом, и отрывали из нея: кирпичи, хорошо обтесанный камень, сошники, ножи и друг. вещи, употребляющияся в домашнем обиходе»[12, с. 68].
Вслед за деревней Погадаеаой вниз по реке Амур находилась еще одна заимка - Монастырская [27, лл. 15, 58] (рис. 5). Возможно, из-за существования этой заимки в ряде исторических исследований возникла гипотеза о том, что черный поп Гермоген основал вниз по Амуру еще один монастырь. Однако исторические документы называют этот небольшой населенный пункт исключительно заимкой.
А. Кирилов в своем словаре сообщает о наличии в Албазинском уезде в XVII веке поселения Андрюшкина слобода (рис. 5). Он пишет: «так называлось русское селение на Амуре в XVII ст., находившееся ниже Албазина, у устья реки Буринги пли Бурннды. Оно основано было, по распоряжению нерчинскаго воеводы Аршинекого, в 1672 или 1673 году» [12, с.53]. Никаких ссылок он не приводит. К сожалению, найти какие-либо документы подтверждающие эти сведения не удалось.

Рис. 7. Шингаловская заимка и Ильинская слобода.

Как В.В. Сухих [32, с. 98], так и В.А. Александров [2, с. 30] считали, что Монастырская заимка была расположена ниже по течению Шингаловской. Однако с этим нельзя согласиться. Как уже было отмечено выше, албазинский казак Костька Емельянов сообщал, что албазинские пашенные крестьяне живут вниз по Амуру до устья Нижней Погромной реки. А именно не далеко от Погромной реки и была основана Шингаловская заимка [27, лл. 58, 63; 18, с. 177] (рис. 6). К сожалению, сейчас такого гидронима как река Погромная нет. Из исторических документов удалось получить несколько ориентиров которые смогли помочь хотя бы примерно нанести Шингаловскую заимку на карту. Прежде всего это наличие Шингаловского луга напротив реки Погромной: «на Шингалском лугу, у перевозу против Погромъной [реки маньчжуры] табун перевозили, [и] по Наунъской дороге отпустили» [23, лл.53, 54]. Согласно «Описанию Амурской области» [5, с. 74] по обе стороны устья Буринды, на протяжении нескольких верст, тянется так называемый Буриндский или Змеиный луг, что так же говорит в пользу того что именно здесь и находилась Шингаловская заимка. Кроме того, становится понятным, почему у этой заимки было такое название. В этом месте у маньчжуров была переправа через Амур, к которой подходила дорога на маньчжурский город Наун, и по которой можно было выйти к верховью одноименной реки и по ней попасть на реку Шингала (совр назв. Сунгари). Из другого документа известно: «И те де казаки подсмотрели ниже Албазина верст з 20 в урочище против Погромного камени на другой стороны реки Амура китайских бус с 30, стоят у пристани» [29, с. 347]. Как мы видим, здесь также идет речь о наличии маньчжурской пристани у реки Погромной, но здесь важны сведения о скале или горе с названием «Погромный камень». То, что это произошло недалеко от Шингаловской заимки говорит третий документ, описывающий те же события: «подсмотрели де они под Шингаловою заимкою от Албазина в 15 верстах неприятельских Богдойских людей» [18, с. 177]. Найти это место помогла карта 1857 года «Карта Амурскаго водянаго пути» [17] на которой ниже устья реки Буринда отмечена гора Змеиная, напротив которой в Амур с правой стороны впадают две реки Верхний Алав и Нижний Алав. Вероятно, именно они в XVII веке назывались Верхней и Нижней Погромными. На современной топографической карте в этом районе размещен топоним «утес Белый». На карте Ремезова «Река Амур с урочищи» из «Хорографическая книга Сибири» [41, л. 149] отмечен объект в районе Погромных рек названый «Белая гора» с пометкой «Караул». Практически те же самые сведения находятся и в еще одной карте из этого атласа «Свидетельство Даурскаго полковника Офонасья Иванова сына Байдона» [41, л. 147]. Там так же есть надпись «Белая гора. Тут был караул». Возможно, именно это утес «Белый» , который в XVII веке назывался не только «Погромный камень», но и «Белая гора» и на нем располагался караул который вел наблюдения за перемещением маньчжурских воинских подразделений.
И последний упоминаемый в различных исследованиях населенный пункт, это деревня или слобода Ильинская (рис. 6). В большинстве своем все исследователи ссылались на труд Огородникова [16]. Но, как ни странно, в исследовании Огородникова этот населенный пункт не упоминается. В.В. Сухих помещал его в район современного села Кузнецово поскольку там были обнаружены археологические находки, относящиеся к XVII веку [32, с. 96]. Каких-либо упоминаний в исторических документах об этом населенном пункте нет. Поэтому существование этой слободы остается под вопросом.
Среди населенных пунктов Албазинского уезда можно выделить Покровскую и Большую слободы, которые являлись центрами земледельческого освоения Приамурья в XVII веке. Всего в албазинских уездах численность крестьянского населения по разным оценкам составляла от 300 до 500 человек мужского пола [2 с. 28]. Если учесть, что деревни и заимки зачастую были однодворными, а в семьях было большое количество детей, то Покровская и Большая слободы были действительно крупными поселениями. Еще одним таким центром стал Албазинский Спасский монастырь, который так же имел свои заимки, в которых жили монастырские пашенные крестьяне и вкладчики.
Вместе с тем следует отметить, что русскими поселенцами реально был заселено пространство вдоль реки Амур только от устья реки Аргунь и до устья реки Буринда. По прямой это немного более 300 километров. Каких-либо сведений о наличии русских поселений или сооружений ниже по Амуру и в том числе в районе устья реки Комара в документах Албазинского острога не содержится. Вероятно, этот район был своеобразной серой зоной, куда часто совершали походы не только русские казаки, но и приезжали достаточно многочисленные отряды подданых Цинского государства – дауров, для собора ясака и охоты. Вот как описывал сложившуюся ситуацию в 1681 году Албазинский атаман И. Коркин: «А под Албазинской де приходят к[итайских] богдойских людей тысячи по две и больши и промышляют соболи […] у руских людей и у ясашных иноземцов ис кулем соболи вынимают, ис лабазов мяса и сало говяжье и муку увозят, а их де, руских людей и ясашных иноземцов, побививают. А они де, албазинские служилые люди, с теми китайскими людьми без указу великого государя противитца и войною на них ходить не смеют, и от того де им чинитца великое разорение и великого государя ясаку недобор большой. [26, лл. 42–43]. Если учесть, что все мужское население Албазинского уезда оценивалось в оду тысячу человек [34, л. 66 об.], а число приходивши в этот район дауров достигало двух тысяч, то создание в этом районе крестьянских слобод и деревень было достаточно рискованным делом.
Подводя итог вышесказанному, можно сделать следующие выводы:
- Проведенное исследование выявило в исторических документах Албазинского острога двадцать два топонима слобод заимок и деревень, основанных русскими жителями Приамурья в XVII веке, и позволило для некоторых из них уточнить их предполагаемое местоположение;
-Часть названий населенных пунктов и гидронимов сохранила историческая память местных жителей, когда-то населявших эти земли, и они были зафиксированы в географических трудах XIX века;
- Возможно, какое-то количество населенных пунктов, существовавших в Приамурье в XVII веке, не было поименовано в проанализированной части служебной документации Албазинского острога, и они будут выявлены позднее в ходе дальнейших исследований.

Список использованных источников и литературы

1. Албазинский острог: История, археология, антропология народов Приамурья / отв. ред. А.П. Забияко, А.Н. Черкасов. Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2019. 348 с.
2. Александров В.А. Россия на дальневосточных рубежах (вторая половина XVII в.). Хабаровск: Хабаровское книжное издательство, 1984. 272 с.
3. Артемьев А.Р. Города и остроги Забайкалья и Приамурья во второй половине XVII–XVIII вв. Владивосток. 1999. 335 с.
4. Архив внешней политики Российской империи (АВПРИ). Ф. Сношения России с Китаем, 1726 г. Д. № 6.
5. Грум-Гржимайло Г.Е. Описание Амурской области. СПб.: Тип.-лит. и переплетная С.М. Николаева, 1894, 640 с.
6. Дополнения к Актам историческим, собранныя и изданныя Археографическою коммиссиею. Т. X. СПб.: В типографии Эдуарда Праца. 1867. 516 с.
7. Дополнения к Актам историческим, собранныя и изданныя Археографическою коммиссиею. Т. XII. СПб.: Типография В. В. Прац. 1872. 472 с.
8. Дела из албазинского архива. Донесение Воеводы Толбузина из Албазина, Воеводе Власову, о нападении Китайцев, 1685 г. // Русская вивлиофика или собрание материалов для отечественной истории географии, статистики и древней русской литературы издаваемое Николаем Полевым. – М.: Типография Августа Семена, 1833. С.5–7.
9. Дела из албазинского архива. Донесение Толбузина Власову, о взятии Китайцами Албазина, и о походе своем к Нерчинску, 1685 г. // Русская вивлиофика или собрание материалов для отечественной истории географии, статистики и древней русской литературы издаваемое Николаем Полевым. – М.: Типография Августа Семена, 1833. С.10–12 с.
10. Дела из албазинского архива. Донесение Толбузина Власову, о приходе Китайцев под Албазин, 1085 г. // Русская вивлиофика или собрание материалов для отечественной истории географии, статистики и древней русской литературы издаваемое Николаем Полевым. – М.: Типография Августа Семена, 1833. С.17–19.
11. Забияко А.П., Трухин В.И. Албазинский Спасский монастырь: основные вехи истории и результаты исследований // Религиоведение. 2021. № 1. С. 34–50.
12. Кирилов А.В. Географическо-статистический словарь Амурской и Приморской областей со включением некоторых пунктов сопредельных с ними стран. Благовещенск: Тип. товарищества Д.О. Мокин и Ко, 1894. 541с.
13. Миддендорф А. Путешествие на север и восток Сибири А. Миддендорфа. Часть I Север и восток Сибири в естественно-историческом отношении. Отдел I. География и гидрография. СПб: Тип. Императорской Академии Наук, 1860. 188 с.
14. Миллер Г. Ф. История о странах, при реке Амуре лежащих, когда оные состояли под российским владением // Ежемесячные сочинения, к пользе и увеселению служащие. Т. IV. Июль-Октябрь.1757. С. 123–326.
15. Научно–исторический Архив Санкт–Петербургского Института истории РАН (НИА СПбИИ РАН). Колл. 18. Оп. 1. № 24.
16. Огородников В.И. Туземное и русское земледелие на Амуре в XVII веке. Владивосток: Тип. ГДВУ, 1927. 93 с.
17. Отчет Российско-Американской компании за 1856 год. СПБ: Тип. Штаба Его императорскаго высочества Генерал-Инспектора по Инженерной части, 1857. 40 с.
18. Паршин В.П. Поездка в Забайкальский край. Ч.1-2. Ч.2: История города Албазина / Извлеч. из соч. г. Миллера, доп. с сохранившихся до ныне устных преданий, с присовокуплением официальных бумаг, изображающих подробности истории города Албазина и дела русских на реке Амуре с 1654 по 1687 год, или до времени мирного торгового договора, заключенного с китайцами в г. Нерчинске. М.: Тип. Н. Степанова, 1844. 208 с.
19. Российский государственный архив Военно-Морского Флота. Ф. 1331. Оп. 2. Д. 123.
20. Российский государственный архив древних актов (РГАДА). Ф. 1142. Оп. 1. Д. 19.
21. РГАДА. Ф. 1142. Оп. 1. Д. 24.
22. РГАДА. Ф. 1142. Оп. 1. Д. 35.
23. РГАДА. Ф. 1142. Оп. 1. Д. 43.
24. РГАДА Ф. 199. Ч.1. Д. 3.
25. РГАДА Ф. 214. Оп. 3. Стб. 450. Ч.1.
26. РГАДА Ф. 214. Оп. 3. Стб. 720.
27. РГАДА. Ф. 214. Оп.3. Стб. 973.
28. РГАДА Ф. 214. Оп. 3. Стб. 1355.
29. Русско-китайские отношения в XVII веке. Материалы и документы.: в 2 т. Т. 2. М.: Наука, 1972. 835 с.
30. Русско-китайские отношения в XVIII веке. Т. 2: М.: Наука, 1990. 669 с.
31. Свербеев Н.Д. Описание плавания по реке Амуру экспедиции генерал-губернатора Восточной Сибири в 1854 году//Записки Сибирского отдела ИРГО. Кн. III. Санкт-Петербург: Тип. Эдуарда Праца, 1857 с. 1–78.
32. Сухих В.В. Хозяйственное освоение Приамурья русскими в XVII веке (По материалам раскопок Албазинской крепости): дис. ... канд. ист. наук. Новосибирск, 1979. 166 с.
33. Санкт–Петербургский филиал архива Российской академии наук (СПбФ АРАН). Ф. 21. Оп. 4. Ед. хр. 23.
34. СПбФ АРАН. Ф. 21. Оп. 4. Ед. хр. 24.
35. Шперк Ф. Россия Дальнего Востока. Записки Императорского русского географического общества. По общей географии; т. XIV Санкт-Петербург: Тип. Имп. Акад. наук, 1885, 503 с.
36. Шренк Л.И. Об инородцах Амурского края: в 3 т. Т. 1: Части географическо-историческая и антропо-этнологическая 1883 г. СПб.: Тип. Имп. Академии наук, 340 с.
37. Шумахер П. В. Первые русские поселения на сибирском Востоке //Русский архив. 1879. 5. С. 5–36.
38. Шунков В. И. Очерки по истории земледелия Сибири (XVII век). М.: Изд-во Академии наук СССР, 1956. 432 с.,
39. Яковлева П.Т. Первый русско-китайский договор 1689 года. М.: Изд-во Академии наук СССР, 1958. 213 с.
40. Nieuwe Lantkaarte van het Noorder en Ooster deel van Asia en Europa strekkende van Nova Zemla tot China, Aldus Getekent, Beschreven, in kaart gebragt en uytgegeven, Sedert een Nauwkeurig ondersoek van meer als twintig Iaaren door Nicolaes Witsen ... Anno 1687 [Электронный ресурс]. – URL: https://gallica.bnf.fr/ark:/12148/btv1b5962771d (дата обращения 26.09.2023).
41. Remezov S.U. 1642-ca. 1720. Khorograficheskaya kniga [Cartographical sketch-book of Siberia]. MS Russ 72 (6) // Houghton Library, Harvard University, Cambridge, Mass. [Электрон. ресурс]. – URL: http://iiif.lib.harvard.edu/manifests/view/drs:18273155$367b. (дата обращения 26.09.2023)

Воспроизводится по:

Материалы регион. науч. - практ. конф. XI Муравьёвские чтения, Благовещенск, 26 окт. 2023г. : докл. и сообщ. / Амур. обл. науч. б-ка им. Н.Н. Муравьёва-Амурского. – Благовещенск, 2023.

Категория: Трухин В.И. | Добавил: ostrog (27.10.2023)
Просмотров: 142 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Социальные сети
Категории раздела
БЛОГ

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0