Главная » Статьи » Т » Трухин В.И.

Развитие крепостных сооружений Албазинского острога в исторической ретроспективе и некоторые аспекты реконструкции его объемно-планировочной структуры

В конце прошлого столетия в ряде научных работ, посвященных изучению Албазинского острога, была прослежена история его развития и созданы графические реконструкций этого оборонительного сооружения. Это, прежде всего труды А.Р. Артемьева1, В.И. Кочедамова2, Н.П. Крадина3. Вместе с тем дополнительный анализ ранее опубликованных и введение в научный оборот новых письменных источников позволяет более детально проследить развитие этого фортификационного сооружения в течении всего периода его существования, а так же рассмотреть некоторые новые аспекты реконструкции его объемно-планировочной структуры.
Впервые Албазинский острог, как построенный фигурирует в «Отписке Нерчинского воеводы Иллариона Толбузина в Сибирский приказ»: «...В прошлом, великие государи, во 175 [1666] году, сентября в 28 день, писал ко мне из Албазинского острогу приказной человек Микифорко Черниговской...»4. То есть к 28 сентября 1666 года острог уже существовал.
Точная дата прибытия казаков Никифора Черниговского к месту постройки острога не установлена. Вполне вероятно, что это была поздняя осень 1665 года. Первые строения острога могли быть возведены практически сразу по прибытии отряда на место. Однако если ограда острога, была выполнена в форме тына, то завершить строительство острога можно было только в теплый период 1666 года, после оттаивания земли. В этом регионе такой период наступает в конце мая—июне месяце. Поэтому наиболее вероятное время, когда первый Албазинский острог принял свой окончательный облик - это июнь 1666 года.
В архиве СПбИИ РАН в фонде 96 «Нерчинская воеводская изба» отложились «Документы о нападении китайских войск и тунгусов на Албазинский острог в 1669 году, о ликвидации последствий нападения и возведении новых укреплений»5. До настоящего времени они не были опубликованы, и их еще предстоит изучить. Но их наличие может говорить о том, что Албазинский острог в 1669 году мог подвергнутся значительному разрушению. О серьезности предпринятой попытки уничтожения Албазинского острога говорит отписка в Сибирский приказ Якутского воеводы И. П. Барятинского6, составленная по расспросам пришедших в Якутский острог тунгусов. Вот, что в ней говорится о возможно первой осаде Албазинского острога: «... и тот де Черниговский Никифорко в острожке обсажен накрепко от богдойских людей, а на реке де на Амуре под тем острожком стоят многие бусы с людьми, а после де пришли конные многие ж люди, и около де того острожку сделали вал земляной». Поэтому облик Албазинского острога построенного к июню 1666 года мог значительно отличатся от его описания зафиксированного «Росписным списком Албазинскаго острога»1674 года7.
В челобитных царю 16708 и 16729 годов Албазинские служилые люди особо подчеркивали как свою заслугу постройку Албазинского острога. Возможно, в них идет речь о перестройке этого оборонительного сооружения после нападения маньчжуров и тунгусов в 1669 году. В них так же особо подчеркивается, что вокруг острога был выкопан ров. Это может свидетельствовать о том, что первый Албазинский острог рва не имел. В отписке 1672 года говорится еще и об устройстве вокруг острога надолбов видимо установленных в этом году.
Первое подробное описание Албазинского острога было сделано в 1674 году в «Росписном списке Албазинскаго острога» составленном Семеном Вешняковым при его приемке от Никифора Черниговского. До настоящего времени текст этого списка был известен только по книге В. Паршина «Поездка в Забайкальский край». Удалось установить, что оригинал этого документа сохранился. В настоящее время он находится в фондах отдела рукописей и редких книг Российской национальной библиотеки10. Документ находится в ветхом состоянии и имеет утраты. Тем не менее, сличение текста этого документа с текстом, приведенным В. Паршиным, позволяет утверждать, что это «Росписной список Албазинского острога»1674 года по которому осуществлялась публикация.
К сожалению, при подготовке к печати в книге «Поездка в Забайкальский край», документ переписывался очень небрежно и имеет около ста как значительных так и не влияющих на содержание текста отличий от оригинала. Из наиболее важных потерь стала строка, касающаяся одной из башен Албазинского острога. Из текста приведенного В. Паршиным было известно, что к этому времени Албазинский острог состоял из трех башен. Две башни были построены вдоль реки Амур и имели шатровые крыши покрытые тесом. Третья башня была одновременно и приказной избой, над которой был построен караульный чердак, также крытый тесом. Из более поздней «Росписи албазинского острога» 1684 года было известно, что третья башня была и проездной. Однако из текста, воспроизведенного В. Паршиным, этого не следовало. В оригинальном тексте росписи эта башня описана так: «... А третьяя башня з горне стороны проежжия. А на той башне приказ. Верх приказу чердак караульной покрыт [те]сом»11. Еще одна деталь которая всегда вызывала вопросы при прочтении «Росписного списка» из книги В. Паршина, это описание колодца. У него это было сделано так: «...а в остроге колодец на вододейке...»12. В оригинале же написано: «...а в остроге колодец не в доделке...»13, то есть его строительство не завершено.
Как следует из более поздней «Росписи Албазинского острога» 1684 года этот острог был четырехугольным, а его размеры были 18×13 саженей14 (38,9×28 м.).
Несмотря на большое количество государственного имущества отмеченное «Росписным списком Албазинскаго острога»1674 года, наличие в нем государева амбара не подтверждается. Вероятно, государев казенный амбар был построен в промежутке между 1674 и 1684 годами. В «Росписном списке Албазинскаго острога»1674 года внутри острога отмечен только Воскресенский амбар. Название этого амбара созвучно с названием Воскресенской церкви построенной в Албазинском остроге. Благодаря сохранившейся грамоте митрополита Сибирского и Тобольского Корнилия известно, что благословление на строительство этой церкви во имя «Воскресения Христова, да о пределех Пресвятыя Богородицы Владимирския, да собор Архистратига Михаила» было получено в 1673 году15. Вероятно, строительство Воскресенского амбара, стало следствием получения благословления на строительство церкви, а сам амбар впоследствии станет ее основанием. Практика такого строительства в XVII веке была широко распространена. Учитывая это можно предположить, что Албазинская Воскресенская церковь находилась на территории крепости перестроенной после нападения маньчжуров и тунгусов в 1669 году. Целесообразность такого решения очевидна. Как правило первые острожные церкви, даже при наличии посада возводились во внутреннем периметре крепостных сооружений.
Несмотря на то, что Воскресенский Амбар был построен к 1674 году, подготовительные работы для возведения самой церкви продолжались еще как минимум два года. Кроме этого строительство церкви задерживалось из-за недостаточного количества в Албазинском остроге «варовых»16 снастей (канатов).
По «Росписному списку Албазинскаго острога»1674 года в остроге было более 100 метров («сорок семь сажен») «варовых» снастей, но характеристики строящейся церкви видимо были таковы, что этого количества такелажа было недостаточно. Поэтому весной 1676 года Албазинцы настойчиво требовали от Нерчинских властей вернуть им «подчал дощаничной, что взял у нас Ларион Борисович Талбузин для ради церковнаго подъему на время» 17.
Быстро решить этот вопрос им не удалось. В конце 1676—начале 1677 года Албазинцы были вынуждены повторно, через только что назначенного на приказ в Албазинский острог Алексея Ларионовича Толбузина, просить Нерчинского воеводу П.Я. Шульгина о возврате «варовых» снастей. В своей отписке А. Толбузин писал: «... В н(ы)нешнем же во 185 году(1676.09.01—1677.08.31) служилые люди зачинают строить ц(а)рьское б(о)гомолье ц(е)рк(о)вь. А снастей варовых нет подымать лесу нечем. И ты Павел Яковлевич прикажи прислать Г(о)с(у)д(а)ревы варовые снасти из Нерчинского острогу было б чем то ц(а)рьское б(о)гомолье состроить. А те варовые снасти в прошлых годех взяты из Албазинского острогу»18.
Других письменных источников, способных охарактеризовать ход строительства Воскресенской церкви, на сегодняшний день не выявлено.

 
Рис.1. Воскресенская церковь и колокольня. Картографический рисунок «Luosha» из рукописного атласа 17 века библиотеки Конгресса США
 

Некоторое представление о внешнем облике Албазинской Воскресенской церкви можно составить по маньчжурскому рисунку «Luosha» из рукописного атласа «Aihun, Luosha, Taiwan, Nei Menggu tu»19. Два центральных строения русской крепости можно идентифицировать как церковь и колокольню, одновременно являющуюся и проездной башней (рис.1). Главной приметой любой русской церкви являются шарообразные главы и кресты. И они действительно на рисунке есть, только главка над церковью превратилась в небольшой шарик над кровлей, а крест был изображен горизонтально. Если учесть, что на рисунке север расположен слева, то алтарная часть церкви не видна. Собственно, сама церковь изображена круглой (в реальности вероятнее всего восьмигранной). Перед храмом виден прямоугольный в плане объем притвора, сопоставимый по ширине с шириной самой церкви. Справа и слева от него видны два прируба, ширина которых примерно в два раза меньше притвора. На переднем плане видна лестница, а также элементы ограждения – это паперть. Исходя из этого, можно констатировать, что строители выполнили предписание грамоты митрополита Сибирского и Тобольского Корнилия о строительстве церкви с двумя приделами. Такая компоновка православных храмов, имеющих восьмигранную в плане центральную часть, с расположением с запада притвора, с восточной стороны алтаря и одного или двух приделов, с севера и юга известна в России с XIII века. Храмы с такой пространственной композицией называли «о двадцати стенах» или «круглыми», так как они имели центрическую композицию в плане.
Чтобы определить размеры церкви, обратим внимание на то, что диаметр колокольни, и церкви на рисунке примерно одинаков. В отписке сына Нерчинского воеводы Федора Воейкова – Андрея, бывшего на приказе в Албазинском остроге в 1681 году, указывалось, что в планах перестройки крепости проездную башню «от слободы на увале» планировалось построить размером «четырех сажен»20. Тогда исходя из этого диаметр церкви должен находиться в пределах 4 саженей (8–8,5 метров), размер трапезной 6 × 6 м., а приделов 6 × 3 м., что позволяет составить предполагаемый план Воскресенской церкви (рис. 2).


Рис.7. План Воскресенской церкви (реконструкция)
2 - лестница; 2 – паперть; 3 – притвор; 4 – церковь; 5, 6 – приделы; 7 – алтарь.
 

Изображение лестницы, по которой люди поднимаются в церковь, может говорить о том, что под церковью был высокий, подклет. Это подтверждает гипотезу о том, что упомянутый в «Росписном списке» 1674 года Воскресенский амбар был составной частью церкви.
Еще одна деталь, имеющаяся на рисунке – соединяющий церковь и башню мост, дает возможность определить уровень пола Воскресенской церкви. Обычно церковь и колокольня соединяются на уровне пола церкви, но в данном случае необходимость сохранения возможности въезда в острог через башню оказывает влияние на его уровень, и он должен составлять не менее 3–4 метров от уровня земли.
Судя по рисунку, по высоте Воскресенская церковь была немного выше проездной башни расположенной в южной стене острога. В «Росписи Албазинского острога» 1684 года дается подробное описание этой башни: «А круглая проезжая башня рублена в восемь стен, а стены двойные. От земли до розвалу вышина четыре сажени, а розвал рублен брусчатой вышина два аршина, а на розвале мост, а кругом тое башни перила забраны в косяк и с окны и покрыты перила двойным тесом и с зубцами. Да на той же башне на розвале нарублена колокольня круглая в лапу до первых зупцов вышина четыре сажени и с розвалом, а на розвале шестнадцать столбов, а перила забраны в косяки кругом, а на столбах шатер. Розвал рублен брусчатой, вышина розвалу два аршина, а подволока – забрана в косяк. А с розвалу шатру вышина полпяты [4,5] сажени печатных, а на шатре крест и с маковицей, а в той башне четыре моста»21. Это описание в целом совпадает с общей конструкцией башни, изображенной на рисунке – башня изображена круглой, с надстроенной на ней колокольней с окнами и перилами, шатровой кровлей. Несложный подсчет позволяет определить, что высота башни, а соответственно и высота церкви без креста и маковицы составляла не менее 12,5 саженей печатных и 2 аршинов (12,5×2,16м+2×0,72м=28,44м), а вместе с крестом и маковицей была около 30 метров. При такой высоте Воскресенская церковь в Албазинском остроге была главной вертикальной доминантой.
Данные обмеров рубленых храмов конца XVI и XVII столетий свидетельствуют, что строительство восьмериковых церквей с шатровым покрытием высотой более 30 метров было обычной практикой и Албазинская Воскресенская церковь может быть к ним отнесена (рис. 3).


Рис.3. Западный фасад Воскресенской церкви (реконструкция)

 

Точное время окончания строительства Воскресенской церкви не известно. Но поскольку в наиболее значительной перестройке Албазинского острога запланированной осенью 1681 года приказным человеком Албазинского острога А. Воейковым она не упоминается, вероятно, к этому времени ее строительство было полностью завершено.
По совету его отца Нерчинского воеводы Ф.Д. Воейкова Андреем Федоровичем Воейковым были разработаны предложения по перестройке и расширению Албазинской крепости. В ноябре 1681 года описание всех укреплений, которые предстояло построить, с указанием их размеров он послал в Нерчинск. По существу, планировалось построить новый острог. Вместе с тем существующий острог так же был сохранен. Суть предложений А. Воейкова выглядела так: «...как промышленные и всяких чинов люди с промыслов выйдут и я тотчас велю башни рубить, и как земля растает, велю ров копать и чеснок бить и надолбы делать; а мерою тот Албазинской острог кругом в длину и ширину стошестьдесят пол-шесты сажени печатных с башнями, а башни проезжая от слободы на увале будет четырех сажен, другая проезжая башня будет сполевую сторону полчетверты сажени, три угловых башней будут по три сажени, а в верхнюю сторону Амура на яру в углу поставлен воеводской двор...»22.
Весной 1682 года казаки, крестьяне и промышленные люди приступили к его возведению. Вот как описывали свою работу промышленные люди привлеченные к возведению острога: «... И мы, сироты ваши, стали при Ондрие Федоровиче Воейкове с албазинскими казаками и с пашенными крестьянами [острог] достраивать, верх нарубать. И огородка и полати и верхной бой готовы ...»23.
Однако полностью перестройка Албазинского острога была завершена уже другими приказными людьми – Иваном Войлошниковым и Василием Шульгиным24. Причем И. Войлошников для решения вопросов по перестройке острога действовал весьма жестко. В ноябре 1683 года он задержал в Албазинском остроге и задействовал на работах по перестройке крепости более 80 промышленных людей: «...и с того числа албазинский приказной Иван Семенов нас, сирот ваших, в Албазинском отроге задержал, велел нам, сиротам вашим, албазинской новой острог [ставить]... И острог и... башни нарубать, и ров копати, честнок бити, засыпати из острогу засыпь и крепить для осадного времени неприятельских богдойских людей. И мы, сироты ваши, в Албазинском остроге с албазинскими казаками с пашенными крестьяны вам, Великим Государям [рабо]тали, острог и башни нарубали кругом и ров копали и всю острожную поденну робили до готова на своих проторях своими статченки»25. О неправомерных, по мнению промышленных людей, действиях приказчика они подали Нерчинскому воеводе Ф.Д. Воейкову челобитную. Однако благодаря таким, можно сказать чрезвычайным мерам, в 1683 году работы по переустройству острога были в основном завершены, о чем незамедлительно был проинформирован Нерчинский воевода: «...за помощею праведнаг(о) б(о)га Албазинской новой острог и з башнями и острожными крепи построен весь до готова. Верх острога нарублен нагороднею и покрыт двойным тесом в зубцы. И полати под верхним боем намощены и з земли лесницы зделаны. А с нутряную сторону подле острожное стены плетен(ь) таловой в колье заплетен и землею и хрящем подле стены осыпан. С подошвы в вышину отсыпь в печатную сажень, поперег полсажени. А с вольную сторону круг острогу выкопан ров. Глубина рву полчетверта аршина. В ширину ров три сажени печатных. За рвом бит чеснок...»26
Однако, несмотря на то, что в целом Албазинский острог был завершен, работа по совершенствованию его оборонительных сооружений продолжалась. Сразу после приемки Албазинского острога А.Л. Толбузиным в июне 1684 года кроме рва вокруг Албазинского острога был устроен земляной вал, а глубина рва была увеличена практически в два раза: «А около де Албазинского острогу служилые люди учинили вал земленой и кругом валу выкопали ров две сажени косых»27. Вероятнее всего при углублении рва на его внешнем периметре был сформирован небольшой вал – первая линия обороны, увеличивающая ее глубину. Очевидно это было одно из первых мероприятий по укреплению острога осуществленных А.Л. Толбузиным уже в ранге Албазинского воеводы. Поэтому эта интересная деталь к сожалению, не нашла отражения в «Росписи Албазинского острога» составленной при приемке Албазинского острога А.Л. Толбузиным, но вал отчетливо виден на Маньчжурском рисунке «Luosha» из рукописного атласа «Aihun, Luosha, Taiwan, Nei Menggu tu». Это может говорить о том, что в случае нападения противника казаки не планировали просто закрыться в крепости, а наоборот рассчитывали вести активную оборону. В случае необходимости, обороняющиеся, укрывшись за этим валом, могли вести ружейный огонь по противнику. Этот внешний рубеж обороны раскрывает в полной мере могущество ружейного огня при отражении штурма, и в какой-то степени снижал скученность обороняющихся в самой крепости. Интересно, что этот прием был повторен при строительстве Албазинской деревоземляной крепости в 1686 году.



Рис. 4. Реконструкция Албазинского острога по «Росписи албазинского острога» 1684 года. 1 – реконструкция А.Р. Артемьева, 2 – реконструкция В.И. Кочедамова, 3 – реконструкция Н.П. Крадина.
 

Подробное описание крепости в «Росписи албазинского острога»1684 года сделанное при приемке острога Албазинским воеводой А.Л. Толбузиным28 свидетельствует о том, что план реконструкции острога, предложенный А. Воейковым, был полностью реализован. Подробное описание устройства крепостных башен позволило создать не только графические реконструкции о которых шла речь выше, но создать несколько макетов разной детализации (рис. 4).
Предложенные А.Р. Артемьевым, В.И. Кочедамовым, Н.П. Крадиным реконструкции Албазинского острога опираются на описание крепости из «Росписного списка Албазинскаго острога» 1674 года и «Росписи албазинского острога» 1684 года и поэтому предлагают единообразное решение объемно планировочной структуры этого фортификационного сооружения.
Однако такая реконструкция не бесспорна. Все ранее сделанные реконструкции Албазинского острога не отражают реальный рельеф местности и носят скорее схематический характер. Плато Албазинского городища, было сформировано рекой Амур и безымянной речкой, впадающей в него. В настоящее время речка пересохла, но крутой берег ее устья вдоль южной границы Албазинского городища, сохранился. Сегодня оно представляет собой неправильный четырехугольник, ранее вероятно бывший по форме близким к ромбу. Поэтому и Албазинский острог в плане не был прямоугольным, о чем прежде всего, свидетельствует маньчжурский рисунок, на котором отчетливо прослеживается вытянутая к юго-востоку форма контура стен острога. Топографическая съемка Албазинского городища так же это подтверждает (рис. 5). Кроме того, как сегодня так триста лет назад, береговая линия Амура не была прямолинейной. Она несет на себе следы водной эрозии. Поэтому прибрежная стена острога, возможно, так же не была прямолинейной, а повторяла береговой контур, сложившийся к тому времени.


Рис. 5. Топографическая съемка Албазинского городища. Желтым цветом выделены сохранившиеся валы Албазинской крепости
 

На маньчжурском рисунке «Luosha» из рукописного атласа «Aihun, Luosha, Taiwan, Nei Menggu tu», изображающем оборону Албазинского острога 1685 года круглая проездная башня, соединяется с Воскресенской церковью мостом (рис. 1). А в «Росписи албазинского острога» 1684 года указывается, что эта проездная башня находилась в южной стене острога. Во всех предложенных реконструкциях Албазинского острога, сделанных по этой росписи (рис. 4), в случае размещения церкви рядом с проездной круглой башней, она ни при каких условиях не может попасть в пятно малой крепости.


Рис. 6. Предполагаемое размещение контура Албазинского острога в соответствии с сохранившимися валами Албазинской крепости.

Рис. 7. Албазинский острог. План углублений на территории острога. Реконструируемый план сооружения

 

Устранить выявленное противоречия могло бы несколько иное размещение башен и пятна острога. Если же расположить башни построенные Никифором Черниговским вдоль реки Амур не длинной, а короткой стороной и сдвинуть их к югу, то тогда вплотную к предполагаемому контуру острога попадают деревянные столбчатые фундаменты, обнаруженные «Албазинской археологической экспедицией» в 2012 году (рис. 6). Форму сооружения, основанием для которого послужил обнаруженный фундамент, удалось зафиксировать по рядам небольших углублений, которые располагались как в раскопе, так и рядом с ним (рис. 7). Общая конфигурация строения представляет собой в плане восьмиугольник с небольшими подпрямоугольными пристройками к югу и к западу, а также полукруглой пристройкой к востоку.29 Такой фундамент мог принадлежать церкви, однако доказать его принадлежность к храму XVII века на данном этапе не удалось. Тем не менее, такое совпадение может дополнительно свидетельствовать в пользу сделанного предположения.


Рис. 8. Предполагаемое размещение строений Албазинского острога.1 - Башни Албазинского острога построенные в 1681—1683 гг.2 – Башни албазинского острога построенные в 1665—1674 гг. 3 – Круглая проездная башня с колокольней 1681—1682 гг. 4. Албазинская Воскресенская церковь построенная в 1674—1677 гг. 5 – мост соединяющий церковь у колокольню. 6. – воротная конструкция в Южной стене острога примыкающая к круглой проездной башне.
 

Если тенденции в изменении контура береговой линии 1684 года соответствуют ее сегодняшнему состоянию, то обнаруженные фундаменты могут полностью попасть в контур острога (рис.8).
Но даже и в этом случае проездная круглая башня, находящаяся в створе южной стены, вряд ли могла быть соединена с церковью переходом. Это противоречие может разрешить маньчжурский рисунок. На нем видно, что на линии стены изображена конструкция, напоминающая ворота, в то время как сама башня расположена во внутреннем пространстве острога (рис. 1).
Причиной такого размещения башни могло быть то, что строилась она прежде всего, как церковная колокольня и была максимально приближена к церкви. Кроме того, из-за большой высоты башни, казаки могли просто побояться поместить ее очень близко к обрывистому берегу речушки протекающей вдоль южной стены острога. Если это предположение верно, то круглая проездная башня могла замкнуть юго-восточный угол малой крепости постройки Никифора Черниговского. Это усилило существующую крепость на период строительства новой, что выглядит вполне логичным. Южная же стена острога была сформирована позднее в 1683 году и пристраивалась к уже построенной к тому времени башне (рис. 8).


Рис. 9. Схема размещения контуров археологических раскопов на Албазинском городище и предполагаемого размещения строений Албазинского острога.
 

Подводя итог вышесказанному, следует отметить, что проведенные в предыдущие годы раскопки на Албазинском городище позволили зафиксировать местоположение лишь одной северо-восточной башни острога, а также фундаменты предположительно Воскресенской церкви. Предложенный вариант объемно-планировочной композиции Албазинского острога удовлетворяет всем известным на сегодняшний день сведениям об Албазинском остроге и показывает, что его башни могли располагаться на еще не изученных археологами участках городища (рис. 9). А это значит, что реконструкция его внешнего вида может претерпеть значительные изменения.

Примечания:

1 Артемьев, А.Р. Города и остроги Забайкалья и Приамурья во второй половине XVII — XVIII вв./ А. Р. Артемьев; Отв. ред. Н. В. Кочешков ; РАН. Дальневост. отд-ние. Ин-т истории, археологии и этнографии народов Дал. Востока. – Владивосток : [б. и.], 1999. – 335 с.
2 Кочедамов В.И. Первые русские города Сибири. — М.: Стройиздат, 1978—190 с.
3 Крадин Н.П. Албазин - русская крепость на Амуре : (из истории оборонного зодчества ХVII в.) // Чтения им. Г. И. Невельского : сб. Приамурского (Хабаровского) филиала Геогр. о-ва СССР, 24–25 сент. 1987 г. – Хабаровск, 1987. – Ч. 1. – С. 56–62.
4 Красноштанов Г.Б. Никифор Романов Черниговский: документальное повествование. — Иркутск: «Репроцентр А1», 2008. С. 144.
5 Путеводитель по архиву Ленинградского отделения Института истории. Акад. наук СССР Ленингр. отд-ние Ин-та истории. Москва, Ленинград: Изд-во Акад. наук СССР [Ленингр. отд-ние], 1958. С. 65
6 Русско-китайские отношения в XVII в. Материалы и документы. Т. 1. 1608—1683. М. Наука. 1969. С. 281.
7 Паршин В.П. Поездка в Забайкальский край. В двух частях. Ч. 2: История города Албазина. Приложение № 3, с. 137 — 140. 1844 г. СПб.
8 Красноштанов Г.Б. Никифор Романов Черниговский: документальное повествование. - Иркутск: «Репроцентр А1», 2008. С. 157—159.
9 Там же. С. 180—182.
10 Российская национальная библиотека "Опись основного собрания русских актов и грамот. Часть V. Годы 1514 г.—XVIII в.". С. 54, Шифр № 4595.
11 Там же. л.1
12 Паршин В.П. Поездка в Забайкальский край. В двух частях. Ч. 2:: История города Албазина. Приложение № 3, с. 138.
13 Российская национальная библиотека "Опись основного собрания русских актов и грамот. Часть V. Годы 1514 г.—XVIII в.". С. 54, Шифр № 4595. л.1
14 Н.П. Крадин «Роспись Албазинского острога 1684 г.». Научный журнал "Россия и АТР" 1992 г. № 2, с. 110.
15 Берх В. Н. Подвиги боярского сына Ерофея Хабарова и водворение россиян на берегах Амура. С. 203.
16 Обработаных варом, смолой, просмоленных. (Словарь русского языка XI–XVII вв. Выпуск 2 (В–Волога) 1975. М. С. 22).
17 Паршин В.П. Поездка в Забайкальский край. В двух частях. Ч. 2: История города Албазина. С. 158.
18 Российская национальная библиотека "Опись основного собрания русских актов и грамот. Часть V. Годы 1514 г. - XVIII в.". С. 56, Шифр № 4618.
19 LibraryofCongress // Aihun, Luosha, Taiwan, Nei Menggu tu [Электронный ресурс]. – URL: http://www.loc.gov/item/gm71005078/ (дата обращения 15.02.2018).
20 Паршин В.П. Поездка в Забайкальский край. В двух частях. Ч. 2: История города Албазина. С. 146.
21 Крадин, Н.П. «Роспись Албазинского острога 1684 г.». С. 109.
22 Паршин В.П. Поездка в Забайкальский край. В двух частях. ч. 2: История города Албазина. Приложение № 7, с. 145 — 147. 1844 г. СПб.
23 РГАДА, ф. 1142, оп. 1. Д. 23. л. 143
24 РГАДА. Ф. 1142. Д. 26. Л. 11—18, 49—52.
25 РГАДА, ф. 1142, оп. 1. Д. 23. л. 143—144.
26 РГАДА. Ф. 1142. Д. 26. Л. 49.
27 Дополнения к актам историческим, 1869г, т. XI, СПб., № 55, с. 173—174.
28 Н.П. Крадин «Роспись Албазинского острога 1684 г.». Научный журнал "Россия и АТР" 1992г. № 2, сс. 109—110.
29 Черкасов А.Н., Беляков А.О., Вальчак С.Б., Чхаидзе В.Н. Исследования Албазинской археологической экспедиции в 2011‒2012 годах/ Традиционная культура Востока Азии. Сборник статей // Под ред. Д.П. Волкова, А.П. Забияко, Е.А. Завадской, С.П. Нестерова. – Благовещенск: Изд-во Амурского гос. ун-та, 2014. – Вып. 7. – С. 226.

Воспроизводится по:

Амурское казачество: вчера и сегодня : материалы межрегион. науч. - практ. конф., Благовещенск, 30 мар. 2018 г.  

Категория: Трухин В.И. | Добавил: ostrog (02.04.2018)
Просмотров: 118 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Социальные сети
Категории раздела
БЛОГ

Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0